T

Kölsch

ИБИЦА ЗОВЁТ

Датский продюсер, являясь одной из главных звезд лета,
завоевывает Белый остров


Коммуна хиппи Христиания, основанная в 1971 году в духе самозванной автономии, еще известная как Фритаун, находится в десяти минутах езды от центра Копенгагена в восточной части города. Если сразу припарковаться на берегу реки, проходишь первые из нескольких бывших военных бараков, дюжину или чуть больше ярко раскрашенных домиков на берегу озера и, если вам особенно повезет, мимо нескольких изящных лебедей, плывущих под мостом, который приводит прямо в центр архаичного, но бесспорно захватывающего района. Как только ступаешь на эту землю, нужно выключить все камеры и прочие записывающие устройства, поскольку местные жители не очень хотят, чтобы то, что продается на местной Пушер-стрит, попало в кадр. Не стоит ожидать здесь людей с цветами в волосах: в 2017 году здесь можно взять напрокат велосипед, купить разный кофе в Månefiskeren или свежую бакалею в удобном буфете под названием Grønsagen. Но все-таки старые привычки умирают с трудом: мы замечаем деревянный сарайчик, полный детских вещей в дар, обмен или иные благи дела, на ваше усмотрение. В этом месте прошло детство героя этой статьи, здесь он со своей семьей провел первые несколько лет своей жизни. 


«Я родился в Христиании, — говорит Руне Рейли Кёльш, пока мы едем по коммуне ранним пятничным апрельским утром. — В начале семидесятых группа хиппи решила занять несколько старых военных зданий. Мои родители были одними из первых хиппи, которые переехали в это место, и которые начали здесь обустраиваться. Это одновременно и была и не была часть Копенгагена. С того времени прошло больше сорока лет, поэтому власти сегодня уже вряд ли что-то с этим могут поделать: здесь живет уже не одно поколение. Коммуна базируется на анархическом принципе: все сначала должны договориться со всеми, и только потом делать. То есть это довольно интересный способ формирования общества!» 


Это сложная, хрупкая идея, которая доказывает насколько она может склонна как к эксплуатации, так и к свободе. «Есть что-то прекрасное в изначальной идее Христиании. За эти годы коммуна разрослась далеко за пределы старых руин или же что-то было возведено с нуля. Но вместе с этим, сюда редко заглядывает полиция, потому что тут всегда чувствовалось серьезное сопротивление властям. На протяжении долгого времени это место служило рассадником преступников и наркодилеров. Сегодня эта деятельность ограничивается продажей травы и грибов, но и продажа травы в Дании находится под запретом и карается столь же сурово, как и продажа более тяжелых наркотиков. Вот почему здесь не очень одобряется фотосъемка — никто из жителей этому рад не будет. Кому-то пофиг, но кто-то и правда не хочет попадать в объектив видеокамеры. Ну и потом, тут еще полно всяких старых фриков, у которых сразу возникают различные теории заговора, как только ты наводишь на них камеру...» 


Когда ему исполнилось семь, родители Руне решили оставить коммуну. «Мы довольно быстро съехали, — вспоминает он. — В то время в этом месте произошел всплеск героиновых наркоманов, которые начали творить бог знает что. Поэтому мы переехали в другую коммуну, дальше на север Дании, и я этому был очень рад, поскольку многие из моих друзей детства, которые остались в Христиании, получили мощные душевные травмы от окружавших их придурков. Все-таки дети и торчки не самая лучшая комбинация». Но Христиания также родила и некоторые позитивные хиппи-вибрации: Кёльш упоминает Lukas Graham, популярную датскую поп-группу, известную по песне «7 Years», одним из участников которой был Лукас Форкхаммер, родившийся в этой коммуне на 900 человек, пусть и несколько позднее.


«Много творческих людей в Дании родилось там.
Люди, которых я знаю в художественной среде, в ресторанной, музыкальной, имеют сильные связи с этим местом, то есть место это, на самом деле, породило много всего интересного.
И я до сих пор встречаю людей, которые вышли оттуда.
Так что — это странное место». 


Возможность избежать жесткого воспитания социальной средой — в музыке давно не в новинку. Все, что двигает множество голодных до успеха музыкантов — это стремление добиться успеха. Одним из таких примеров является Black Coffee. Карьера Руне шла по той же, столь честолюбивой траектории через всю Европу, Америку, Австралию и, конечно же, онлайн: каждый новый музыкальный пост, каждая черно-белая фотографии в инстаграме собирали такие охваты, какие можно ожидать от какой-нибудь суперзвезды. И этому есть объяснение. Собственные работы Руне, от ибицевской эйсид-классики «Opa» до фестивального боевика «Der Alte», а потом и «Grey», вышедшая в прошлом году (Пит Тонг признал ее лучшим треком 2016 года, которая показывала настолько хорошие показали в стриме и в продажах, что Руне легко мог игнорировать «безумные предложения мейджор-лейблов, вроде „нужно добавить вокал“»), плюс ремиксы на Свена Фэта («Robot»), The Chemical Brothes («Wide Open» с Беком) и Coldplay («A Sky Full Of Stars») — все означает, что Кёльш теперь и как диджей, и как продюсер находится в топе танцевальной музыки. И, как часто бывает в подобных случаях, Белый остров, Ибица, сыграл свою роль в этом безостановочном росте. «Так как никаких соцсетей не существовало, впечатлений было куда больше, словно ты был частью некоего тайного общества: вольные каменщики, собирающиеся на террасе Space и обменивающиеся странными рукопожатиями!» 


Эти любовные взаимоотношения с Ибицей вряд ли затухнут в ближайшее время. Этим летом Кёльша можно будет поймать в Hï (то, что все зовут «новым Space») на абсолютно новых вечеринках под названием «In The Dark», где он составит компанию Йорису Ворну, Стиву Лоулеру, Нику Фанчулли и Лусиано. 


Помня о своих корнях, в этом сезоне он еще дважды отыграет на DC10 в Circo Loco. Вообще для Кёльша главное — это баланс. Руне много выступает не только у себя на родине, например, на Time Warp, но и на Ultra в Майами, а в этом году он будет закрывать сцену Cocoon на We Are FSTVL вместе со своим спарринг-партнером Свеном. Предвкушение — вот важный аспект. «Безусловно, — говорит Руне. — На этом вся электронная музыка построена. На предвкушении. Мне нравятся старые пластинки, но куда важнее, чтобы мы продолжали раздвигать границы. Это очень легко, потому что мы работаем с технологиями. Я очень доволен всеми своими релизами. Я как шеф-повар, который работает у себя на кухне и готовит идеальное блюдо...» В качестве аналогии он приводит восхищение Ричи Хоутином сакэ. «Самое интересное, что отправная точка одинакова: это рис. И то, что ты можешь сделать из рисового зернышка, попросту удивительно. Меня приводит в восхищение сам мыслительный процесс!» 


«Словно ты впервые попробовал шоколад»


Родившись в 1977 году, который также стал названием его дебютного альбома, вышедшего на Kompakt, Руне как и The Black Madonna в прошлом году, является напоминаем, что успех, определяющий твою последующую жизнь, не обязательно должен случиться лет в 20, хотя он и выпускал хиты под несколькими своим альтер эго (поднимите руки, кто из вас знал, что Руне был автором мощнейшего хаус-хита «Calabria», вышедшего в 2003 году?). Но он подхватил вирус танцевальной музыки в юношестве. Родители Руне развелись, когда он был совсем юным, и ему приходилось уделять внимание каждому из них. «Был молодежный клуб, в котором я начал экспериментировать, потому что я тогда катался на скейте, и туда ходил просто чтобы никого не стесняться. Я правда сильно ценю волшебство того времени: там и бибои были, и дискотека, и радио свое, и я между всем этим постоянно вращался. Диджеить я начал году в 1989-90, пытаясь таким образом привлечь внимание девушек. Я ставил Technotronic и „Ламбаду“ и подобную муру. Потом я придумал свою первую группу Rune And The Motherfuckers: я был солистом, и мы исполняли какой-то рэп, каверы на Принса... мы были ужасны!» 


Потом уже Руне стал играть на ударных и пытался подражать тому, что слышал в хип-хопе: «Но мне кто-то сказал, что ударные в этой музыке были сэмплированы со старых фанковых пластинок, а я-то все никак не мог взять в толк, почему у меня так же не получается! Сразу после этого мама купила мне компьютер Amiga 500, и я начал записывать музон. Плюс я слушал по радио парня по имени Томас (он же Ezi Cut), он крутил много хип-хопа, и через него я открыл для себя хаус-музыку. Первыми хаус-треками, которые я услышал, были The Goodmen „Give It Up“ и DJ Pierre „What Is House Music“, и эти пластинки навели меня на мысль: и к чему тратить время и пытаться записывать хип-хоп? И начал пробовать себя в записи техно и хауса. Первая моя пластинка вышла в 1995 году на лейбле Multiplex, и примерно тогда же я стал играть на разных андеграундных вечеринках. Я был настолько увлечен этой музыкой, что чувствовал, что мне непременно нужно рассказать об этом каждому». Ощущения, которые он получал от хауса и техно, были сравнимы, как он говорит: «Словно ты впервые попробовал шоколад». 


Как и большинство продюсеров того поколения, в середине 1990-х, для себя он открыл шоу Пита Тонга на Би-би-си. «У нас тогда как раз появилось первое спутниковое радио, и мой друг в обязательном порядке записывал все его шоу. Мы сгорали от нетерпения в ожидании услышать „Главный трек программы“, Essential New Tune. А в то время каждый такой трек моментально становился хитом! С той поры мы с Питом много раз пересекались и теперь просто обмениваемся музыкой. Недавно я приходил в гости к нему в программу, и был очень трогательный момент, когда мне нужно было выбрать Essential New Tune». 


«О Кёльше я узнал, когда в конце 1990-х он начал выпускать музыку как Artifical Funk, а потом как Rune RK в начале 2000, — говорит Пит Тонг. — Личные отношения у нас установились где-то лет 10 назад, когда он начал букировать меня в Данию. Я тогда поразился, что клубы и вечеринки, которыми он управлял, были куда круче, чем та музыка, которой он был известен. Когда же я попросил у него несколько треков, что он играл, он мне рассказал о предстоящем превращении в Kölsch. Я с самого начала поддерживал его музыку у себя в радиошоу, и треки вроде „Opa“ и „Loreley“ вызывали отличную реакцию. Местом, в котором идеально звучало его эйфоричное и эмоциональное техно, было Ushuaïa. Как-то раз я поставил что-то от Кёльша последним треком на этом гигантском танцполе, и все сотрудники выбежали танцевать, думая, что это я свои треки ставлю. Я им сказал, что они должны забукировать Kölsch — ну а остальное уже дело техники». 


Копаясь в виниловой коллекции Руне у него в студии в Копенгагене, понимаешь, что его любовь к хаусу и техно совершенно искренняя: «Discovery» от Daft Punk и «Remedy» от Basement Jaxx лежат бок о бок, и тут же рядом что-то от Карла Крейга и Кенни Ларкина, а в середине стопки вдруг попадается новёхонький розовый винил 95-го года от Lil Mo Yin Yang, классика от супердуэта Литтл Лу Веги и Эрика Морилло. «Деррик Мэй был моим самым главным идолом: можно почувствовать его присутствие здесь. Нравится Джефф Миллз. Но вот как-то раз я пошел в Pacha чтобы послушать Эрика... это было что-то с чем-то. Может не все пластинки, которые он ставил, мне понравились, но его техника, то, как он управлялся со всем клубом — это было нереально. И я говорю не про крутость или андеграунд. Вся музыка, которую мы считаем крутой, она же вышла из Чикаго, с Dance Mania: я несколько лет назад разговаривал с K-Alexi, и он сказал, что все они хотели записывать r’n’b, но просто не было подходящего оборудования. Они хотели записывать поп-музыку, но не могли себе этого позволить!» 


«Не сказал бы, что в этом вся соль,
но все-таки ты всегда хочешь
доказать своим родителям,
что чего-то достоин»

И Руне снова углубляется в историю. «Я влюбился в 1996-м, здорово влюбился, и до 1999-го я сделал перерыв, когда записал свою первую пластинку для Brothers Brown (один из участников этого хаус-дуэта, Хенрик, сейчас менеджер Руне). И в тот года я впервые приехал на Ибицу. Я тогда приехал в Сан-Антонио со знакомыми ребятами, но как-то умудрился добраться в Салинас, чтобы послушать Джона Са Тринксу, который вовсю торговал записями своих миксов! А затем началась буйная популярность Cocoon и DC10 в 2003-2004 годах. И они зародили во мне то семя, которое вдохновило меня запустить собственный лейбл — Tattoorecs. А потом Space: приходишь туда часов в 8 утра и остаешься часов до 5-6 вечера!» 


В Berghain он впервые выступил в 2006 году и взял себе псевдоним Kölsch в 2009 году. Руне был подписан на Kompakt по наставлению Михаэля Майера и признается, что никакого успеха он бы не добился без поддержи и понимания со стороны лейбла. Его первый релиз, жестковатый, но мелодичный «Loreley» вышел на Kompakt Speicher, а третий альбом должен вот-вот выйти на Kompakt. 


И этот альбом приводит нас туда, где все началось: к его первому вдохновению, его родителям, и в Христианию. Сейчас он признается, что испытывает «смешанные чувства» по поводу места своего рождения. «Это место для потерянных душ и ложных амбиций: очень легко оказаться в подобном месте и больше никуда не сдвинуться. Я вообще не ощущаю с этим местом никаких связей. Я приезжаю сюда, чтобы навестить свою маму, которая живет неподалеку от Христиании и много времени здесь проводит». Как родители относятся к его занятию музыкой? «Моя „настоящая“ мама была на многих моих выступлениях, в том числе и на Roskilde. Папа мой до своей смерти успел еще раз жениться, и моя мачеха приезжала в Париж, где я выступал на Showcase, и взяла с собой мою тетю. Молодежь смотрела на этих старушек в диджейке, которые проторчали там целых пять часов! Мне бы понравилось, если бы папа все это тоже прочувствовал. Но он умер в 2003 году, незадолго до того, как я взял „Грэмми“. Он же хотел, чтобы я вернулся в школу и продолжил учебу. Я бы или ученым стал, или буддийским монахом, как он: братья-монахи называли его ирландским католическим буддистом, потому что мог проповедовать всякому, кто готов был слушать! Не сказал бы, что в этом вся соль, но все-таки всегда присутствует элемент того, что ты хочешь доказать своим родителям, что ты тоже чего-то достоин». 


Наша последняя остановка — это внушительных размеров здание, в котором Руне играл с 1994 по 98 год, когда здесь работал известный андеграундный клуб. «Я сюда приходил еще подростком, просто тусовался. Но в 90-х тут начали проводиться техно-вечеринки». И тут мы спрашиваем его, не думает ли он вернуться сюда и отметить свой 40-й день рождения. «Есть некие планы. У мозга есть склонность запоминать хорошие воспоминания, но ведь тут было много плохого, много насилия. Многих моих друзей уже нет в живых. Я счастлив, что мне удалось этого избежать. Помню, как один мой друг сказал: „Ни у кого из нас нет такого таланта, как у тебя, но мы хотим, чтобы ты добился успеха“. Удивительная штука сказать такое какому-то подростку: признать, что кто-то может сделать то, чего ты не можешь. Это совершенно не в духе датчан».


{"width":920,"column_width":207,"columns_n":4,"gutter":30,"line":27}
false
767
1300
false
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: formular; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 24px;}"}

Чарт:

Nina KravizДекабрь 2016

Все чарты

1.
London Elektricity
Swivel (Electrosoul System Remix)
00:00
00:00

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
мои курсы
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку «Зарегистрироваться», вы подтверждаете своё согласие с условиями предоставления услуг и политикой конфидециальности

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    


Главный редактор: Илья Воронин

                          Управляющий проекта: Оксана Кореневская

Выпускающий редактор: Дмитрий Игнатьев

                                       PR-директор: Елена Шапкина


Пишите нам:

Общие вопросы: info@mixmag.io

Работа в Mixmag Россия: job@mixmag.io

PR: shapkina@mixmag.io

Служба поддержки пользователей: help@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 (495) 972 01 45

По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес ad@mixmag.io

академия: корзина

Ваша корзина пуста. Выбрать интересующие вас курсы можно здесь.

Вы выбрали курсов на

4500 ф

Я ознакомлен и согласен с правилами
подписки
на курсы Mixmag Академия.

оплатить
академия: МОИ КУРСЫ

Ваш список курсов пуст.
Курсы можно посмотреть здесь

Оплата прошла успешно.
Перейти в мои курсы

Оплата не прошла.
Перейти в мои курсы