«Запретите... смартфоны на танцполе!»: большое интервью с Биллом Брюстером

16 марта 10:39

На русском языке выходит переиздание «Истории диджеев» — монументального труда Билла Брюстера и Фрэнка Броутона об истоках культуры танцевальной музыки. Mixmag Россия позвонил Брюстеру в Лондон и расспросил о прошлом, будущем и настоящем.

«Диджей, писатель, легенда» — так 60-летний Билл Брюстер представляет себя в твиттере, где выбрал псевдоним ни больше ни меньше @djhistory. Имеет право — перечислять заслуги Брюстера можно долго. Регулярный автор Mixmag с 1989 года и основатель нью-йоркского бюро издания; диджей-резидент лондонского Fabric, когда клуб только открылся; один из основателей сайта DJHistory.com, одного из первых диджейских интернет-сообществ, на форуме которого писали Дэвид Манкузо, Принс Томас и Тодд Терье.

Но прежде всего Брюстер — писатель. Вместе с другом и соавтором Фрэнком Броутоном он создал книгу «Last Night a DJ Saved My Life» (в русском варианте «История диджеев»), подробное и основательное исследование, посвященное истории танцевальной музыки. Переведенная на восемь-девять языков (Брюстер сам точно не помнит) книга — главный труд его жизни. Во время диджей-сетов, которые Брюстер до сих пор играет по всему миру, люди подходят попросить поставить автограф на печатном издании. 


Обложка обновленного, самого полного, нового русского издания от «Белого яблока»


Новая русскоязычная версия вот-вот выйдет в издательстве «Белое яблоко» (редактор этого материала — переводчик и один из издателей). По этому случаю мы позвонили Брюстеру в Лондон в один из понедельников — как он сообщал в переписке, в пятницу до этого он работал в студии. Над чем?

— Над ремиксом трека одного артиста из Берлина. Я работаю в студии с Рэем Мэном, у нас общий проект под названием Mang Dynasty. Но он довольно непостоянный, это первое, что мы сделали вместе за полгода. Да, я работаю в студии, я пишу статьи для журналов и сайтов, пресс-биографии, аннотации для альбомов, делаю много разного для звукозаписывающих компаний. Консультирую. По выходным диджею. То есть много всего, связанного с музыкой.


А тексты вы пишете тоже в студии?

Как журналист я работаю дома. Тут у меня простой набор — колонки, ноутбук. Еще есть диджейский сетап, с помощью которого я могу делать миксы: пара Pioneer CDJ, микшер Allen and Heath, студийные мониторы, коллекция музыки и книг.


Вообще, вы начинали как футбольный журналист, а еще были шеф-поваром. Как вы начали писать о музыке?

Это довольно долгая история. Я был шеф-поваром, 12 лет занимался готовкой. Я переехал в Лондон в 1977-м, потому что устроился на шикарную работу в одной гостинице. Но меня всегда интересовала музыка, а тогда происходило много интересного. Год за годом я погружался в музыку. В 1981-м я основал группу, она была довольно успешной, мы записали несколько синглов и поездили с гастролями. Потом где-то в 1986-м я начал диджеить. В 1987-м стал работать для футбольного журнала. И начал писать для Mixmag в 1989-м. То есть пишу для него уже 31 год.

В 1994-м я переехал в Нью-Йорк и продолжал работать на Mixmag — руководил местным офисом и все больше погружался в диджейство. Я придумал в Нью-Йорке вечеринку Low Life и, когда вернулся в Лондон в конце 1996-го, основал другую вечеринку в Лондоне, которая стала очень популярной. Мы делали небольшие андеграундные мероприятия, и к нам приходили по 600-700 человек. Один мой друг запустил клуб под названием Fabric, и мне предложили стать резидентом, когда он только открылся. Так что первые шесть лет я был резидентом Fabric — с 1999-го по 2005-й.

С тех пор я постоянно чем-то занят — пишу книги и так далее. С Фрэнком Броутоном, моим партнером, мы встретились в 1994-м, когда я переехал в Нью-Йорк. С тех пор мы много над чем работали вместе — устраивали вечеринки, писали книги. Он крестный отец моей дочери, он был шафером на моей свадьбе, я был шафером на его свадьбе. Прежде всего мы друзья.


Билл Брюстер и Фрэнк Броутон


Вы переехали в Лондон в 1977-м...

Тогда я был панком. Меня больше интересовали Sex Pistols, чем танцевальная музыка. Но я заинтересовался танцевальной музыкой благодаря пост-панк-группам A Certain Ratio, 23 Skidoo, Gang of Four. Тогда я увлекся ранним хип-хопом, электро, а потом хаус-музыкой и техно.


Да, вы однажды говорили, что начали по-настоящему ходить в клубы в 1981-м. Но была одна вечеринка в гей-клубе, куда вы пошли с вашей подругой, которая отличалась от всех остальных.

Да, был клуб, куда меня позвала бывшая девушка в 1989-м. Он назывался Troll, гей-клуб в Лондоне. Это было мое крещение хаус-музыкой, и я начал ходить на эту вечеринку каждую неделю, пока ее не перестали проводить в 1992-м.


А еще, когда вы встретили Фрэнка в Нью-Йорке, вы оба беззаветно любили клуб Sound Factory. Что в нем было особенного?

Это лучший клуб, в котором я когда-либо был. Это было невероятно, трудно описать. Одна большая темная комната, в которой помещалось около 2000 человек. Это был прежде всего гей-клуб, но там были и гетеросексуалы. И что было замечательно — там был один и тот же диджей, который играл каждую субботу всю ночь. Он начинал около полуночи и продолжал до двух часов дня, то есть играл примерно по 14 часов. Никто не играл кроме него. Он потрясающе управлял публикой. Можно было понять по пластинкам, которые он ставил, в хорошем он настроении или плохом. Это был совершенно особенный клуб, и мне страшно повезло в нем побывать. Я много узнал о диджействе, просто слушая, как играл Джуниор Васкез. Да, возможно, это последний великий клуб в Нью-Йорке. Он и еще Body & Soul — два грандиозных места. Было фантастически здорово ходить туда каждую субботу. 


Джуниор Васкез в диджейке Sound Factory (начало 90-х)


То есть Васкез играл каждую неделю? Или кто-то его менял?

Нет, только Джуниор Васкез — никто больше не играл, он никому не позволял вставать за диджейку. Если организовывали другую вечеринку в пятницу, диджеям приходилось выступать на сцене, а не играть в диджейке. Он был тираном. И его диджейка была как... [гребаная] квартира. Это было потрясающе. Там была кухня, обеденные столы и стулья, диван. Два этажа. Невероятно.


Когда вы писали книгу, вы взяли 210 интервью. Это было в эпоху до интернета. Вам было увлекательно искать героев — или наоборот, мучительно? Как можете сравнить этот опыт с сегодняшней журналистикой? 

Это была журналистика старой школы. Интернет существовал, но не как сейчас. То есть нельзя было просто погуглить в интернете. Мы занимались всем по старинке — ходили в библиотеки, листали старые газеты, в том числе 1910-х, 1920-х, 1930-х. Искали информацию. Разговаривали с людьми. И каждый говорил нам: если вы общаетесь со мной, нужно еще найти вот того-то, он был раньше меня. Тогда мы искали все более старых и старых людей. И когда мы работали в Нью-Йорке, например, мы брали телефонный справочник, искали там людей, узнавали, живы ли они и разговаривали с ними. Мы провели кучу времени в библиотеках Нью-Йорка. Мы путешествовали по Америке, Великобритании, звонили людям в другие страны узнать, живы ли они, и таким образом выяснили очень много нового. У нас скопился невероятный архив уникальной информации.

Но, поскольку нас было двое, это было похоже на приключение. Думаю, если бы мы делали всё самостоятельно, процесс был бы более одиноким. Но так мы делились друг с другом информацией, и книга получилась яркой благодаря огромному количеству интервью, которое мы взяли. Для первого издания — наверное, штук 150. Для второго, которое вышло в 2006-м — еще 60-70 интервью. То есть всего около 210, не помню точно. Так что мы много поработали, да. И, когда мы взяли все интервью, мы потратили полгода только на написание книги. И подготовили ее для издательства 1 мая 1999-го. Она вышла в сентябре 1999-го.


Первое оригинальное издание вышло в 1999 году, 

после чего вышло еще несколько доработанных и дополненных изданий


Вы бы много добавили в новую версию?

Не очень — что мы хотели сделать, так это рассказать о людях, которые были первыми. Начало диско, начало регги, начало хаус-музыки, техно. Могли бы сейчас добавить, наверное, про дабстеп и грайм. Но все, что случилось с 1988-го — если мы говорим об истории диджеев — это больше маркетинг, чем нечто по-настоящему новаторское. Я не говорю, что это плохо — теперь это большая индустрия, не так, как было до появления хаус-музыки. Всё совсем другое. Но сейчас это больше про маркетинг, а не что-то новое и сногсшибательное.


Но маркетинг ведь существовал и до этого? 

Да, конечно — диско, например, было крупным феноменом в 1970-х, и диджеи были довольно известны в контексте того периода. Но не в том смысле, как Тиесто известен сейчас. Диджеи сейчас знамениты совершенно иначе, не как в 1970-х. Но диджеи, которые зарабатывают кучу денег сейчас — лучше ли они диджеев 1970-х? Я так не думаю. Я не думаю, что их вклад больше с точки зрения музыки или новаторства. Их вклад — это опять же маркетинг, и я предпочту любого диджея 1970-х диджеям, которые играют сейчас, поскольку, я считаю, они творили историю.


А что вам сейчас вообще интересно?

Мне всегда интересно писать про вещи, о которых люди не знают. А это в большей степени еще не рассказанные истории. Супердиджеи мне не очень интересны — думаю, большинство из них достаточно скучны. Новая музыка, новые сцены, новые вещи — вот что любопытно.


Да, я читал, что этот подход вы заимствовали у вашего любимого радиодиджея Джона Пила, который переставал ставить музыку, если она становилась популярной.

Да, Джон Пил меня очень вдохновил. Больше, чем танцевальные диджеи. Ему было все равно, насколько популярный или модный был тот или иной артист. Его всегда интересовало новое, а не популярное. И я чувствую, что для меня это тоже так. Многие артисты становятся менее интересными, когда становятся успешны. Не всегда — конечно, есть много музыкантов, которые выпускают отличные альбомы на протяжении долгого времени. The Chemical Brothers, например. И мне очень нравятся Little Dragon — у них уже пять альбомов. Но в целом мне интереснее искать новых молодых музыкантов. Джон Пил на меня очень повлиял.


Вы чувствуете, как изменилась роль журналистов в открытии новых имен? Часто редакторы жалуются, что материалы о малоизвестных артистах читают не очень хорошо, поэтому журналы и сайты их не публикуют.

На нас сильно влияет то, как устроен интернет. Конечно, кому-то хочется делать материалы о больших звездах, скандальные материалы, потому что они собирают больше кликов, но я из другой школы мысли. Мне гораздо интереснее находить интересные истории и пробовать их рассказать. Так что я в удобной ситуации, мне не надо управлять сайтом, который полагается на клики для рекламы. Я могу быть более принципиальным, наверное. Мне очень повезло, что мой редактор в Mixmag позволяет мне писать о зачастую странных вещах. Я что-то предлагаю, и в основном он говорит «да».


В прошлом году вы написали для Mixmag материал о том, как продали коллекцию из 13 000 музыкальных записей на физических носителей. Это было в ноябре — как вы сейчас чувствуете себя по этому поводу?

Не знаю... Определенное чувство освобождения. У меня вообще было много разного имущества. А тогда случился довольно болезненный период в жизни, потому что я разошелся с женой. И я решил начать все сначала и избавиться от многих вещей. Так что я отдал свою коллекцию журналов другу, который ведет сайт Test Pressing, и в том числе продал коллекцию пластинок. Я переехал в новый дом с очень небольшим количеством вещей. Я бы не сказал, что я почувствовал большое облегчение, избавившись от коллекции пластинок — я очень ее любил. Но я определенно из-за этого не расстраиваюсь. И не испытываю сожаления.


Еще вы долго занимались сайтом DJHistory. Его архив доступен на Red Bull Music Academy, верно?

Да, и у нас есть заархивированная версия, в том числе форума. Надеюсь, когда-нибудь она будет доступна онлайн, но сейчас я работаю над своим сайтом, и мы с Фрэнком пишем новую книгу — пока без подробностей, — так что это не мой приоритет номер один.


Вы однажды сказали, что ваша любимая эпоха хаус-музыки — 1991-1995 годы. Что изменилось в 1995-м? 

Думаю, все стало более коммерческим. И когда музыка становится более коммерческой, обычно она менее интересна. С 1991-го по 1995-й все учились писать хаус-музыку. И было много невероятно талантливых людей — после 1995-го, конечно, тоже, например, Mood II Swing, но тот период, когда музыка еще не достигла коммерческого пика, был уникальным. Но знаете что? Сегодня каждую неделю выходит хорошая музыка. То есть я не хочу говорить «сейчас все плохо, а в 1994-м было хорошо». Отличная музыка появляется постоянно.


А в целом вы чувствуете собственное разочарование по поводу клубной культуры? Мол, раньше трава была зеленее, водичка мокрее.

Что я ненавижу, так это когда старые диджеи начинают причитать, как хорошо было в 1985-м или 1995-м. Всегда происходит что-то очень хорошее. Некоторые лучшие вечеринки, на которых я играл, случились в последние пять-шесть лет. Каждый, кто говорит, что сейчас не так хорошо — ... [долбаный] идиот. И людям вроде меня рассказывать 25-летним ребятам, что сейчас невесело — просто глупо и высокомерно. Столько всего крутого. Столько новой отличной музыки. Куча вечеринок, юных диджеев, и столько невероятных женщин-диджеев, чего раньше никогда не было. Так что я очень оптимистично настроен. Думаю, ужасно стыдно должно быть людям постарше, которые жалуются на что-то. Да, не так много всего по-настоящему нового, как 30 лет назад. Но это не значит, что вечеринки плохие.


А люди изменились? Вы все-таки столько лет в клубе ходите, могли заметить, есть ли разница.

Да, с 1976-го. Фундаментально, думаю, разницы никакой — за исключением смартфонов. Нужно... [нахрен] запретить смартфоны на танцполе и не разрешать фотографировать. Проблема в том, что молодые люди сейчас хотят задокументировать момент, а не насладиться им. Очень жаль. Когда люди просто наслаждались моментом, было лучше. Так что, я думаю, стоит запретить смартфоны на танцполах.


А что вы думаете о стриминге и сервисе Beatport LINK, например — изменит ли это диджейство в целом?

У каждого диджея свой подход, так что, если вы дадите всем по 50 000 треков, почти все сотворят что-то отличающееся друг от друга. Не думаю, что это серьезно меняет картину. И вообще будущее диджейства — в стриминге музыки. Не нужно будет ничего с собой носить, мы все будем стримить и ставить музыку из облака. Мне кажется, обязанность диджея — уметь принимать новые технологии. Что я сразу полюбил в электронной музыке, так это ее футуристичность. Электронная музыка вообще про будущее. Поэтому диджеи, не желающие ни на что менять винил, как я лично думаю, совершают ошибку. Мне интересно будущее, и будущее — это стриминг.


Вы однажды в интервью задали такой вопрос: «Что будет играть музыкальный автомат, когда вы будете входить во Врата рая?» Как бы вы сами ответили на него?

Ох, очень сложно. Знаете что? Есть пластинка, которую я купил, когда был очень, очень юн, мне тогда было 12 или 13 лет. Это семидюймовый сингл Дэвида Эссекса под названием «Rock On». И я до сих пор обожаю эту песню. Она много значит для меня. Это одно из тех музыкальных произведений, которые были со мной всю жизнь. Поэтому вот что я думаю: если бы я попал в рай, что, откровенно говоря, сомнительно, и она бы играла, когда я прибыл туда, то я бы подумал, что рай на самом деле не такое скучное место, как я раньше считал. Потому что лично я думаю, что лучше попаду в ад.


Чарт:

Nina KravizДекабрь 2016

Все чарты

1.
London Elektricity
Swivel (Electrosoul System Remix)
00:00
00:00

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
мои курсы
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку «Зарегистрироваться», вы подтверждаете своё согласие с условиями предоставления услуг и политикой конфидециальности

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    


Главный редактор: Илья Воронин

 Операционный директор: Татьяна Джумаева

дизайн: Григорий Гатенян

разработка: devNow


Пишите нам:

Все вопросы и предложения: info@mixmag.io

Служба поддержки:

service@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 950 004-67-65


По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес info@mixmag.io

академия: корзина

Ваша корзина пуста. Выбрать интересующие вас курсы можно здесь.

Вы выбрали курсов на

4500 ф

Я ознакомлен и согласен с правилами
подписки
на курсы Mixmag Академия.

оплатить
академия: МОИ КУРСЫ

Ваш список курсов пуст.
Курсы можно посмотреть здесь

Оплата прошла успешно.
Перейти в мои курсы

Оплата не прошла.
Перейти в мои курсы