Simple Symmetry: семейный музыкальный подряд

27 февраля 12:41

Александра и Сергея Липских многие знают по модной тусовке московской «Солянки» и питерского «Дома быта» и по светским ивентам Simachev Shop&Bar. Помимо частых диджей-сетов и гастролей, братья плотно разрабатывают тематику ближневосточного звучания, имеют релизы на чикагском Glenview Records, LBF Сергея Плешакова и Леонида Липелиса. Недавно парни присоединились к семье берлинского лейбла Disco Halal, который держит Moscoman — в преддверии выхода их «Plane Goes East» и пластинки ремиксов от DJ Tennis они рассказали о своих кумирах, друзьях-музыкантах и страхе рассылать промо.


Саша: А ты будешь пить?


Я уже перед нашей встречей выпила пять спонсорских стаканов на мероприятии.

Саша: Мы вот выпили по пиву и теперь засыпаем.


Это же сонная доза, так нельзя. Давайте пить дальше.

Саша: Сейчас я раздобуду нам вискаря в баре. И начну рассказывать, как музыка пришла в нашу жизнь.

В детстве дома были кассеты и пластинки. Были, например, психоделические песни Гладкова про птичку, которая болела свинкой, а свинка болела птичкой. И голос из колонок повествовал, как он как-то гулял в лесах и увидел свинку в небесах. И дальше все вокруг этого строилось, представляешь? 

Сережа: И музыка там достойная была. Мрачная, много реверберации и дилея, странных аналоговых синтов. 

Саша: Естественно, еще тогда мы слушали много The Beatles и Цоя. И очень много отдельно Пола Маккартни. У него очень интересная музыка началась во время и после распада Wings. 

Сережа: Да, в альбоме «McCartney II» в треках «Waterfalls» и «Secret Friend» он открыл для себя синтезаторы, секвенсоры, драм-машины и начал экспериментировать со звуком.

Саша: Там еще есть песня «Temporary Secretary», такой злой синти, электро. На него в 2000-х Soulwax официальный эдит делали. Помню, что в детстве меня эти песни пугали, я был к этому не очень готов. Вот с The Beatles все было понятно, а это что такое?




Вздрогнем за сэра Пола.

Саша: Так вот, на тот момент, когда начинаешь себя помнить, дома было два кассетника. У нас была необходимость записывать больше двух голосов, и в отсутствии Ableton и секвенсоров мы действовали аналоговым путем.

Сережа: Сначала мы записывали два голоса нашего разговора на магнитофон, потом включали эту часть, и в режиме онлайн тоже что-то говорили, записывали на другой кассетник, получалось четыре голоса. И еще составили на отдельной кассете базу звуков, вроде скрипа двери, шагов.

Саша: Что-то сами находили, а что-то копировали. Ставили видеомагнитофон на рекорд во время сцены перестрелки из советского фильма «Чапаев». Сережа, тебе было 9 лет, и ты такой фигней занимался. Мне-то всего пять стукнуло. 


Саша, значит, ты с детства ориентировался на Сережу.

Саша: Конечно, и до сих пор ориентируюсь, а он на меня. Хотя порой у нас были сложные моменты. Однажды Сережа отбил мне зад армейскими ботинками. Он был металлистом и носил крутые армейские ботинки с железными набивками. Мы что-то не поделили, он не рассчитал силу... 


Можно зажигательную историю про Сережу-металлиста?

Саша: Я выдам Сережу. До этого он был фанатом Ace of Base и 2 Unlimited, потому что это было модно. Тогда все ходили в клетчатых рубашках, в более-менее широких штанах и куртках. А потом он резко соскочил на Metallica, мальчишки в классе подсадили. Рядом с нашим домом на Китай-городе было тусовое место «Тарзанка», где обитали все классные подростки. Я понимал, что, будучи битломаном, никогда не попаду туда. Я у Сережи стал узнавать, какие еще есть варианты. И поскольку Metallica уже была занята им, можно было стать гранжером. Я как-то выпросил у родителей футболку Nirvana, причем белую, а не черную, что было большой редкостью. Вот она и открыла мне путь в мир Курта Кобейна и «Тарзанки». 

Сережа: Это были очень смешные тусовки.

Саша: Но это было супер-круто. Это было такое время, когда существовали какие-то мифические скинхеды, которые могли вдруг откуда-то появиться, и все их жутко боялись. Хотя их зачастую никто ни разу не видел. 



А что это было за место «Тарзанка»?

Саша: Это был просто двор с тарзанкой на дереве. Идеальное государство будущего, потому что рэперы дружили с металлистами и гранжерами. Помню, там был рэпер, которого звали Барбариска. 

Сережа: И все почему-то ходили в балахонах Onyx и Cypress Hill. 


Значит, вы всегда тусовались вместе, шли ноздря к ноздре, так сказать?

Саша: Я всегда пытался подтянуться за Сережей. Я был мелкий, меня ласково называли Шурик. Однажды мы пошли взрывать строительные патроны. Нужно было очень сильно молотком ударить по нему, чтобы он взорвался. Тогда Сережа проявил невероятное благородство или почувствовал ответственность за меня, как младшего брата. Я взял молоток и зассал. А Сережа сказал: «Ладно, давай я». Ударил, и ему вырвало кусок пальца — я помню кость, болталось что-то на пальце, и кровь хлестала. Это было яркое впечатление детства. 


Это так мило — братская взаимовыручка.

Сережа: Да, очень мило. Это был конец мая. Меня зашили, и следующие полтора месяца я не мог купаться на даче и развлекаться, как все дети.

Саша: Зато я мог. Представляешь, какой я эгоист? А на даче еще были девочки взрослые. 


И что, получилось со взрослыми девочками подружиться?

Саша: Не получилось. Зато я видел, как другие играют в бутылочку. 


Давайте еще по одной. И двинемся ближе к временам более осознанной музыки.

Саша: Мы с Сережей в один год пошли в музыкальную школу. Потом у Сережи в старших классах начали появляться группы, лет в 16 меня взяли в его коллектив «Александр Швеллер». Мы звали друзей на концерты в клубы «Матрица» и «Вудсток» на Китай-городе. Играли фанк, но такой русский фанк, что-то в стиле группы «2 самолета». Мы очень влезли в фанк-историю, развалили ту группу и сделали другую — Urban Funk Army. Получился целый оркестр, потому что мы увлеклись Parliament Funkadelic, а их всегда было по тридцать человек на сцене — нам хотелось такого же эффекта. 

Сережа: На самом деле, мы там были самые лохи среди профессиональных музыкантов. 

Саша: Еще мы затусовались с ребятами из группы Clinton, и для нас это было довольно грандиозно. Эти ребята начали ездить в Амстердам, посещать концерты Джорда Клинтона и Parliament Funkadelic, подружились с ними. Мы записали пару треков с клавишником Parliament Funkadelic, правда не с Берни Уореллом, а клавишником из нового состава Дэнни Бедросяном. В клубе «Б1» мы сыграли на разогреве у своих кумиров, потом посидели, подумали и поняли, что занимаемся идолопоклонничеством. Они свой стиль придумали сорок лет назад, и на этой волне продолжают. А мы пытались повторить. Мы были фанатиками. Я с изумлением на кассетах смотрел на их костюмы с сумасшедшими очками, как Джордж Клинтон выходил из летающей тарелки, занюхивал кокс прямо во время концерта — вот это нифига себе! Они, по сути, были рок-звездами, дружили с МС5 — та эпоха хорошо описана в книге «Прошу, убей меня» Легса Макнила и Джиллиан Маккейн. В общем, они нас похвалили после совместного выступления, и мы развалились. 

Сережа: Они в конце 1960-х поглощали кислоту. А мы, белые ребята из Москвы, в 2000-х что-то похожее пытались изображать. 

Саша: Если сейчас на нас тогдашних посмотреть, мы бы тут втроем похохотали. Но тогда это было искренне. Мы с Urban Funk Army разошлись полюбовно, когда сами перестали эту искренность ощущать. Это была история для себя и друзей: чем больше сделаешь список на концерт, тем круче будет. 




Назрел тост за искренность. 

Саша: Потом мы начали играть в «Солянке». Наши друзья, которые не занимались музыкой, но искренне любили ее, стали делать там воскресные вечеринки. Они ставили свои плейлисты, и все напивались до поросячьего визга.

Сережа: Мне кажется, я сразу на пятничных или субботних вечеринках стал выступать. Помню, мы сидели у Миши Ганнушкина дома (он тогда работал в «Солянке») и обсуждали вечеринку Give Me Five. Причем, подготовка заключалось в том, чтобы записать диски и раздавать их. Тогда я ставил Jefferson Airplane, The Strangers, LCD Soundsystem. И еще «Мы хотим танцевать». 


Ох, в шесть утра в угаре алкогольной любви — это же классика.

Сережа: Да, но я ее крутил не в 6 утра, а в разгар ночи. 

Саша: Многие из нас тогда не умели играть. Марк Щедрин и Лёня Липелис умели — они уже были звездами вечеринок. 

Сережа: Лёня, собственно, и объяснил, как пользоваться диджейской аппаратурой. Я просил, чтобы он был где-то рядом во время моего сета. И он был. А когда что-то могло пойти наперекосяк, он говорил, что все классно. И все становилось классно. 

Саша: До этого проходили супер-веселые и массовые вечеринки Idle Conversation в «Пропаганде», потом они переместились в «Солянку» и затем закончились. Give Me Five, по сути, стали реверансом Idle Conversation, но уже для тех, кто их не застал. Как потом выяснилось, ребята на танцполе считали нас взрослыми и крутыми, а мы-то были ... (молодыми). У нас был музыкальный сумбур в головах — любительство, но очень веселое. 


И когда сумбур стал формулироваться в более четкие музыкальные формы?

Сережа: Поворотным моментом для меня стал приезд Lovefingers & Lee Douglas. Помню себя совсем несвежего уже утром в «Солянке» — я был потрясен от того, что тогда услышал. Впечатлило нереально. 

Саша: У меня откровения стали случаться, когда Лёня стал звать нас в бар «Симачев» — а там много интересных привозов бывает. Вот представь, следишь ты за современными группами и электронными продюсерами, а потом на вечеринке на тебя сваливается куча старой музыки, ты ее не знаешь, но она тебе нравится, и ты хочешь ей подпевать, хотя впервые слышишь. Диско, психоделик рок, хаус, техно — и у тебя происходит в хорошем смысле полный перегрев. Мой мощный приход пришелся на выступление Barish K в «Симачеве»: я только вернулся из Петербурга после гастролей в «Доме быта», не заезжая домой пошел в бар, правда, так устал, что совсем не танцевал, а сидел часов пять на стуле. Прикинь, сижу пять часов, и мне хорошо. Тогда я, наверное, впервые узнал о том, что в Турции в свое время была настолько мощная психодел-рок и диско-сцена. 

Сережа: Сейчас это уже в зубах навязло, но тогда это было суперсвежо. В два часа ночи он играл 80 bpm, и все на танцполе с ума сходили. 



Ну, за мощные музыкальные приходы! А как вы стали двигаться в сторону написания собственных треков?

Саша: Важную роль в этом движении сыграли вечера «Кухня», которые устраивал Дима Японец на Хохловских мануфактурах. Он тогда пытался заняться благородным делом — собрать в одном месте все разбросанные группы людей, которые в каком-то виде занимались музыкой. На «Кухне» много знакомств произошло. 

Сережа: Японец приглашал Корнея, который объяснял, как сводить треки. Помню, Тимофей там сидел с длинными волосами еще.

Саша: Это была такая творческая студия, полезная штука. Она, к сожалению, не долго продлилась. 


Зато какой пинок под зад. Вот вы увидели пацанов, таких же как и вы, которые пишут музыку...

Саша: И подумали: «Почему мы сами ее еще не пишем?» 

Сережа: До этого мы занимались живой музыкой в группах. А тут перед нами замаячил другой процесс — представлений о продакшне электроники было ноль. Мы тогда мощно задружились с Лёней. Он нам поставил Ableton, показал как с ним работать.


Лёня — лукавый в тусовке. Включился в судьбу многих героев нынешней электронной сцены. 

Саша: Он вписался в нашу, а мы в его. Это взаимный процесс, который всем сторонам приносит пользу и взаиморазвитие. Лёня нам объяснил, как работать в секвенсоре. Мы были музыканты, а Лёня тогда уже был продюсером, у него уже было достаточное количество треков. Мы вместе начали делать ремиксы. Тогда мы выкладывали их под названием Simple Symmetry & Lipelis, а Лёня — Lipelis & Simple Symmetry. А в 2013 году мы наконец-то записали свой первый трек «Incredible Adventures in Khazar Khaganate». Трек вышел на лейбле Кирилла Сергеева Kito Jempere, когда он работал лейбл-менеджером чикагского Glenview Records. Это был старт нынешней истории. 

Сережа: Мы получили хороший фидбэк. Когда на Juno посмотрели, кто поддержал нашу пластинку, там оказались классные ребята, которые нам нравились. А мы же сидели в Москве. И нас не покидало ощущение, что мы в общем-то отрезаны от всего мира. Это сейчас все легче, больше восприятия себя в глобальном контексте. 


Значит, это была галочка, что вы вписались в общую картину мира.

Саша: Это была психологическая галочка для того, чтобы немного расслабиться. Вскоре мы выпустили на Glenview еще одну пластинку «Apes in the Orange Groove» с ремиксом Secret Circuit — это такой лос-анджелесcкий музыкант и электронный продюсер, зовут его Эдди Руша младший, он приходится сыном художнику Эдди Руша старшему, и его имя хорошо известно поклонникам поп-арта. Потом Сережа Orange, арт-директор «Симачева», совместно с Лёней запустили лейбл LBF, на котором мы выпустили еще два EP. Честно говоря, мы все это делали долго и лениво — производительность труда была низкая. Но все эти редкие релизы решали одну конкретную задачу — для небольшого комьюнити продюсеров, диджеев и любителей подобной музыки появился небольшой тэг, что есть такие ребята Simple Symmetry. 


То есть вам в первую очередь было важно сделать заявление для своих.

Саша: Да, на тот момент нам очень важно было понять, насколько наша музыка интересна тем, за чьей музыкой мы сами следим. 



Чувствую, сейчас придется чокнуться за ваш нынешний релиз. И уже просить кофе.

Саша: В начале прошлого года на этой волне энтузиазма мы написали много музыки. И наступил момент полного эмоционального опустошения. Однажды мы работали над треком несколько часов, потом сидели молча на кухне и думали: «На хрена мы вообще всем этим занимаемся? Стали ли мы чаще выступать? Нет. Значит это никому не нужно и все проходит незамеченным?» В ту ночь я очень мрачный лег спать. И, проверяя мессенджер перед сном, наткнулся на сообщение от пользователя Chen Mosco: «Очень нравится ваша музыка, давайте дружить. Давайте ее выпустим, у меня лейбл Disco Halal, меня зовут Moscoman, может вы слышали». 

Сережа: А чуть позже написал Maor Anava — лейбл-менеджер Fortuna Records. Это тель-авивский лейбл, который выпускает классную ближневосточную музыку разных лет. И еще Red Axes писали. Но главное, что в момент полного отчаяния пошел мощный фидбек, который нас сильно мотивировал. 


Получается, вы сидели и ждали у моря погоды. Обычно же продюсеры сами рассылают свои треки по лейблам.

Саша: У нас всегда была проблема с этим. Это не снобизм, это неуверенность в себе. Нам не хотелось показаться навязчивыми.

Сережа: Очень не хочется получить молчание в ответ. Хотя это неправильный подход, мы понимаем. 

Саша: Давай историю на эту тему. После того, как мы записали наш первый трек «Incredible Adventures in Khazar Khaganate», я оказался в Лос-Анджелесе. С Сережей Оранжем мы поехали в магазин пластинок Mount Analoge на концерт группы The Pharaohs — это локальная группа, выходившая на лейбле ESP Institute, который ведет Эндрю Lovefingers. Я вручил диск Эндрю со словами: «Очень приятно познакомиться, я Саша из Москвы. У нас с братом группа Simple Symmetry, мы записали трек. Пожалуйста, послушай его и напиши фидбек, потому что нам это очень важно». И никакого письма не пришло. Потом я подумал, раз уж я встал на этот путь, то отправлю еще и сообщение Эндрю в Фейсбуке. Никакого ответа. А потом мы решили выпустить этот трек вкупе с ремиксом и предложили взяться за это Ли Дагласу, зная, что он скорее всего согласится. Ему действительно трек очень понравился, он сделал ремикс, но предложил выпустить его под именем The Stallions — это название их с Lovfingers дуэта. Оказалось, что ремикс они сделали вместе. Так вот, я больше чем уверен, что Эндрю не помнит, как я приносил ему CD, но в итоге он сделал ремикс именно на тот трек. В общем, нет ничего зазорного в рассылании своего промо. Половина не ответит, половина будет играть и поставит трек в свой чарт. И сейчас мы это делаем. 

Игорь Вдовин (музыкант неожиданно подсел за наш столик, но с чаем): Парни не по-московски скромны. Solomun играл их еще не вышедший трек перед тысячами на танцполе. И это, безусловно, прорыв для простых русско-еврейских парней. Когда Саша показал то видео с Ибицы, я танцевал в длинной футболке «Ленинградский фарфоровый завод». В смысле, пританцовывал, конечно.

Саша: В каждом городе мира есть тусовка ребят, которые делают музыку. В целом, все музыканты простые парни. Почти все. Конечно, кумиры должны быть, и они будут всегда. Но это не мешает расслабиться и получать удовольствие от того, чем ты занимаешься, не растрачиваясь на бесконечные сомнения и страх сделать что-то не так круто, как у другого.

Чарт:

Nina KravizДекабрь 2016

Все чарты

1.
London Elektricity
Swivel (Electrosoul System Remix)
00:00
00:00

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
мои курсы
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку «Зарегистрироваться», вы подтверждаете своё согласие с условиями предоставления услуг и политикой конфидециальности

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    


Главный редактор: Илья Воронин

   Управляющий проекта: Оксана Кореневская

                                        PR-директор: Елена Шапкина

дизайн: Григорий Гатенян

разработка: devNow


Пишите нам:

Общие вопросы: info@mixmag.io

Работа в Mixmag Россия: job@mixmag.io

PR: shapkina@mixmag.io

Служба поддержки пользователей: help@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 (495) 972 01 45

По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес ad@mixmag.io

академия: корзина

Ваша корзина пуста. Выбрать интересующие вас курсы можно здесь.

Вы выбрали курсов на

4500 ф

Я ознакомлен и согласен с правилами
подписки
на курсы Mixmag Академия.

оплатить
академия: МОИ КУРСЫ

Ваш список курсов пуст.
Курсы можно посмотреть здесь

Оплата прошла успешно.
Перейти в мои курсы

Оплата не прошла.
Перейти в мои курсы