Bvdub: «Каждая запись — это часть моей автобиографии!»

17 февраля 13:03

Очень продуктивный американский продюсер Брок Ван Вей, больше известный как Bvdub, с 2007 года выпустил три десятка альбомов, два десятка синглов и, кажется, это не предел. Прожив длительное время в Китае, музыкант вернулся в родные Штаты, и продолжает записывать свои эмбиентные (как правило) полотна. На этой неделе у Bvdub что-то вроде кратких гастролей по России: 17 февраля в Москве на «Брюсове» и 18 февраля в клубе Amper в Санкт-Петербурге (в этом городе музыкант выступит впервые). Mixmag Russia попросил Андрея Морозова расспросить американского продюсера о разном.

Твоя дискография невероятно обширна, и я могу понять тех людей, которые банально не понимают, с какой стороны к ней подступаться. Я понимаю, что это очень тяжело, но, может быть, у тебя есть на этот случай какой-то совет — с какого релиза лучше начать? Или, может, ты просто мог бы выделить какие-то альбомы, которые для тебя наиболее важны, например, потому что сопряжены с какими-то событиями в твоей жизни?

Это правда, что моя дискография несколько великовата и я знаю, что сходу она пугает некоторых. И да, меня нередко спрашивают, с чего лучше начать, и я каждый раз затрудняюсь на него ответить. Для меня абсолютно все мое творчество является частью одной истории и моей собственной эволюции. На самом деле, каждая запись привязана к тому или иному моменту в моем прошлом, и для меня это почти как фотографии, сделанные в разное время и напоминающие о разных моментах в жизни — хороших и плохих, триумфальных и трагичных. Так что в этом смысле они все важны — по крайней мере, для меня.
Конечно, есть некоторые альбомы, которые связаны с более личными или даже болезненными событиями в жизни и, возможно, я бы мог их описать как «более важные», но я не уверен, что это объективно по отношению к слушателю. Ведь огромную часть в восприятии занимает личная интерпретация, и каждый слушатель пропускает каждый альбом через свою призму, наделяя его смыслами, понятными и близкими только ему. Но ведь в этом и заключается очарование музыки. И пока моя музыка для кого-то что-то значит, я буду счастлив. И благодарен людям.


То есть любые рекомендации в данном случае будут слишком субъективными?

Ну да, мне было бы просто тяжело объяснять другим людям, почему та или иная пластинка для меня важна более или менее. Кроме того, каждый раз, когда я заканчиваю альбом — совершенно любой — я чувствую, что это самая важная вещь из тех, что я делал.

Но я бы, наверное, мог разделить свою музыку на ту, которая связана с более абстрактными событиями, которые протекают в течение всей жизни где-то на фоне, и более конкретными — вроде потери отца, моего любимого кота и лучшего друга Танто. Но вообще бывало много всего: грусть, горе, различные сложности, но в то же время и чувство надежды, которое остается со мной. В любом случае каждая запись — это часть моей автобиографии.

Но вообще мне так и не удалось ответить на твой вопрос!



Часто бывает такое, что артисты, давно занимающиеся музыкой, в какой-то момент принимают решение порвать с этим. А некоторые сначала заявляют об этом, но по факту лишь берут какую-то паузу и снова возвращаются: например, тот же Владислав Дилей, который в прошлом году объявлял о своем последнем концерте, но который уже через неделю будет выступать в Москве. Бывали ли подобные минуты сомнения у тебя?

О да, такие мысли и чувства возникали у меня бесчисленное количество раз за минувшие годы. И в какие-то моменты я из всех сил пытался понять, как мне быть дальше или для чего я вообще занимаюсь этим. Несколько раз я приближался к тому, чтобы официально заявить об «уходе на пенсию». В некоторые разы я переставал заниматься музыкой на несколько месяцев, а то и на год. И я думаю, что подобная экзистенциальная дилемма возникает у любого музыканта, который занимается своим делом от чистого сердца и из искренних побуждений. Особенно это может проявляться у артистов, которые оказались свидетелями смен различных эпох на музыкальной сцене и которым не так легко дается принимать все эти изменения, постоянно и неизбежные происходящие в современной музыке. Но, на самом деле, неважно, как много раз такие ситуации возникали у меня, поскольку каждый раз я рано или поздно с этим справлялся — ведь это в моей крови, в моем ДНК и это, по сути, то, чему я посвятил свою жизнь.
И я невероятно счастлив, что у меня есть поддержка в лице моих фанатов — я никогда не смогу выразить свою благодарность им в полной мере. Многие разы, когда я уже собирался сдаться, именно они напоминали мне о том, насколько моя музыка важна. Они вытаскивали меня из очень тяжелых времен и ежедневно вдохновляли. И каждый день это заставляло меня задуматься о том, что 25 лет назад я не зря посвятил свою жизнь этому.


Я помню, что ты никогда не горел особенным желанием делиться относительно того, как ты записываешь музыку. С тех пор эта ситуация не поменялась? Например, многие интересуются о том, откуда в твоей музыке берутся вокальные фрагменты, которые ты неизменно используешь в большинстве работ. А еще я помню, что у тебя порой встречается и акустическая гитара — даже на недавно выпущенном «Lost Ambient» она звучала в двух треках. Любопытно знать, записываешь ли это сам или вырезаешь откуда-то еще.

Да, ты все верно подметил: обычно я не разговариваю о том, как делаю музыку. И это не только потому, что я считаю, что каждый музыкант должен идти своим особенным путем, работая над собственным звуком и совершенно не заботясь о том, как делают другие. Но еще и потому, что — честно! — мне кажется, это не имеет никакого значения. Я помню, что раньше это вообще никого не волновало, не было никакого очарования в том, чтобы знать «как». Если ты любил что-то и это имело для тебя какое-то значение, то это было ключевым. Если вы любите какой-то фильм, разве вас очень сильно интересует то, как режиссер нашел именно этих актеров и какой тип камер он использовал для съемок? Имеет значение лишь то, резонирует ли данный фильм как-то с вами или нет.
Но относительно вокала и использования инструментов я все же отвечу: я никогда не вырезал семплы из чужой музыки и, честно говоря, не собираюсь этого делать. Все, что я использовал в своей музыке, было либо записано мной самостоятельно (напомню, что у меня классическое музыкальное образование пианиста и скрипача), либо это было сделано в кооперативе с моими друзьями и коллегами. В последние годы я стал много работать с разными музыкантами и вокалистами (кстати, некоторые партии я даже пел сам хаха), посвящая гораздо больше времени живым записям. Я предполагаю, что мои методы близки к тому, что сказал когда-то в своей речи афро-американский активист Малкольм Икс — «обязательно любыми средствами». Это может значить, что вы можете иметь тысячи различных путей для записи, продюсирования или самовыражения. Лично у меня нет какого-то определенного набора средств, которыми я себя ограничиваю. В конце концов, каждый раз все происходит очень по-разному: иногда произведение может родиться чуть ли не за день или даже вовсе за час... а иногда музыка рождается в мучениях и этот процесс занимает месяцы, а то и годы. Это не подлежит контролю.


Расскажи, почему несколько последних релизов ты решил выпустить самостоятельно, без участия лейблов?

Главным образом, после почти что 15 лет, проведенных в Китае, я стал ощущать, что попросту теряю связь с внешним миром и музыкальным сообществом — она стала какой-то совсем пунктирной и абстрактной. Мне захотелось как-то заново почувствовать связь со всеми теми, кто поддерживал меня в эти годы, со всеми теми, кто значит для меня много. И мне показалось, что издать некоторую музыку самостоятельно, исключив каких бы то ни было посредников между мной и моими слушателями, было бы справедливыми решением этого вопроса. Безусловно, это значило, что данные альбомы будут иметь куда меньший охват по своей аудитории, так как я не делаю никакого пиара и промо для своих релизов. Но в этом была и суть жеста: мне хотелось показать этим людям, что я помню о них и ценю их больше всего; что музыка — это, в конце концов, нечто большее, чем посты на фейсбуке и обзоры в СМИ. Я взаимодействую с людьми, которые принимают мою музыку, позволяя ей становится частью их жизни, и это для самое важное. Я не могу себе представить другой причины для записи музыки.




Когда я оказываюсь на твоих фанатских страницах (даже в VK), мне часто попадаются на глаза разные комментарии. Твои фанаты очень одскульны — в хорошем смысле слова. Они всегда как будто бы влюблены в твою музыку и всегда очень благодарны; в смысле, что сегодня редко кто-то говорит что-то большее, чем «спасибо за твою музыку», но твои поклонники очень трогательны — каждый из них будто бы может написать целое эссе о своих чувствах по поводу твоей музыки. Что ты думаешь об этом? И как вообще можешь объяснить это?

О да, я могу согласится с тобой по поводу олскульности — причем как в прямом смысле, так и в переносном. Многие из них моего возраста, некоторые — даже старше. Поэтому с ними нас связывает очень многое, не только конкретно моя музыка. Многие оказываются намного моложе, но при этом можно сказать, они одскульны в своем сердце и понимают, откуда первоначально появилась музыка и для чего она вообще существует.
Если мои фанаты благодарны мне, то я благодарен им в ответ десятикратно. Их поддержка значит для меня очень многое, я большой везунчик, что мои фанаты именно такие — порой я просто не могу понять, чем я это заслужил. Многие из них обладают всеми моими дисками и пластинками, которые я когда-либо записал, — даже теми, которых нет у меня самого. Это довольно сюрреалистично, но очень приятно знать, сделанные тобой вещи имеют такой значение для людей. Я всегда относился к любимым артистам с таким же трепетом, но в былые дни технологии не были так развиты и мы не могли себе позволить иметь настолько прямую коммуникацию с артистами.
Я получаю очень много имейлов от поклонников, и я отвечаю каждому из них — независимо от того, длинное письмо или короткое. Если человек тратит свое время на то, чтобы поделиться со мной своими впечатлениями и чувствами, связанными с моей музыкой, то я считаю, что должен обязательно ответить на это. Тем более что в наши дни люди предпочитают делиться лишь тем, что они ненавидит или что их раздражает и очень редко делятся положительными эмоциями — и на этом фоне я люблю своих фанатов вдвойне.


Можешь рассказать о самых удивительных из обращений?

Например, раз 5 (если не больше) я получал от людей письма, что они ставили мою музыку прямо в больнице, для своих детей, которые только-только родились — они хотели, чтобы это было первым, что ребенок услышит при рождении. Когда я получал эти письма, я просто не находил, что ответить. Это где-то за пределами того, что можно выразить в словесной форме. 

Еще я получаю много писем с описанием личных ситуаций, драм, трагедий и сложностей в жизни — но понятное дело, что этим я делиться в интервью не стану. Я думаю, что и моя музыка и мои интервью, где я рассказываю, как борюсь с депрессией и моим внутренними демонами, дают понять, что я абсолютно открытый человек. И мне кажется, что поэтому люди не стесняются рассказывать мне о своих жизненных проблемах.




Ты провел в Китае довольно много времени, а теперь вернулся в США. Скажи, вообще много ли для тебя значат места при сочинении музыки? Для многих музыкантов места являются едва ли не самым большим источником вдохновения — кто-то даже целенаправленно уезжает записывать альбомы в другие города (деревни, села) и страны.

Обратный переезд в Америку оказал довольно сильный эффект на сочинении музыки — и, честно говоря, не в лучшем смысле. Ведь, по сути, я очень сильно привык делать музыку в определенном окружении, учитывая то, что я провел в Китае так много времени. Поэтому такие кардинальные изменения внесли некоторый диссонанс в процесс сочинения музыки — нужно было вообще как-то понять, что делать здесь с самим собой. В первый год после возвращения я не садился за музыку вообще, из всех сил пытаясь понять, как мне адаптироваться к новому окружению. Более того, я вернулся в свой родной город — тот самый, где я родился и рос, — и это также наложило определенный отпечаток. Но, в конце концов, это подарило мне новое вдохновение, и я открыл для себя новые пути повествования своей истории. Я уже закончил работу над довольном эпичным реворком Variant «Vortexual [element seven]» для Echospace и записал новый альбом для Glacial Movements, который должен выйти уже в апреле.
Отвечая на твой первоначальный вопрос, я могу сказать, что место, безусловно, может оказывать сильное влияние на музыку, но лично на меня гораздо сильнее влияет то, как я живу и думаю в конкретном месте, но не само это место. Я должен быть частью пространства, в котором я обитаю, а не просто «находиться» в нем.

Правда ли, что твое предыдущее выступление в Москве стало своего рода толчком для того, чтобы в принципе начать выступать по всему миру? Я знаю, что ты по-прежнему не самый большой любитель путешествий и что ты не хочешь зарабатывать деньги на жизнь музыкой, но все-таки теперь ты время от времени гастролируешь.

Абсолютная правда. До этого выступления, я годами получал предложения выступить в разных частях света (включая Россию), но я на все из них отвечал отказом. Потому что я всегда ощущал, что мне физически и эмоционально тяжело даются далекие путешествия, а плюс ко всему я еще и всегда был домоседом, интровертом и никогда не любил оказываться в центре внимания. Вообще до этого выступления у меня всегда было ощущение, что каждый лайв очень сильно истощает мои силы и, возвращаясь домой, я чувствую себя опустошенным и погруженным в глубокую депрессию, которая порой затягивалась на долгие недели. Но первое выступление в Москве показало мне, что все это действительно стоит своих эмоциональных затрат. Это был прекрасный опыт, позволивший мне почувствовать связь с каждым, кто пришел на это мероприятие. И я был благодарен абсолютно каждому. И с тех пор я действительно сменил свое отношение к лайвам — я понимаю, что подобный экспириенс может пережить лишь таким образом и никаким иначе.

Хотя я по-прежнему даю не очень много концертов и очень избирательно отношусь к каждому из них. По факту это одно или два выступления в год. Поэтому мне важно понимать, что я играю на каком-то особенном событии, куда люди приходят целенаправленно и где они относятся с должным вниманием ко всему происходящему. Музыка не моя работа, а моя любовь. И мне хочется не терять этого ощущения никогда. Поэтому мне хочется играть лишь на тех концертах, которые имеют для меня большое значение. В противном случае я буду гораздо счастливей, если останусь дома с буду играть в видеоигры и проводить время с моим котом.



Ту музыку, которую ты записываешь как Bvdub, довольно трудно сравнить с чем-то еще — это что-то очень индивидуальное, практически никак не привязанное к существующим жанрам и школам. Но в то же время твои сторонние проекты Est of Oceans и Earth House Hold часто напоминают об очень конкретных и устоявшихся жанрах — брейкбите и дип-хаусе. Конечно, в них чувствуются элементы твоего стиля, но при этом есть ощущение, будто бы здесь ты гораздо больше позволяешь себе ностальгировать по той музыке, на которой ты вырос. Справедливо ли это утверждение? И вообще, есть ли у тебя какая-то тоска по тем временам — концу 80-х и 90-м?

В первую очередь скажу, что мне очень лестно слышать, что работы Bvdub трудно сравнить с чем-либо еще... Честно говоря, я работал над этим многие годы — чтобы люди стали воспринимать мою музыку именно так. В начале некоторые ошибочно сравнивали мою музыку с артистами, которые на самом деле не оказывали на меня никакого влияния вообще. Я всегда просто делал что-то свое, очень личное. И теперь наконец-то я чувствую, что люди воспринимают музыку вне всякого контекста, чему я, безусловно, рад.

Но ты прав по поводу сторонних проектов. Они, действительно, другие и часто соприкасаются с какими устоявшимися жанрами — собственно, такова и задумка. Работы bvdub построены на чистых эмоциях, и я просто рассказываю через свою музыку те истории, которые хочу рассказать. Когда я сажусь за написание альбома в рамках bvdub, я никогда не думаю о том, как должна звучать пластинка — должна ли она быть «такой» или «другой». И часто итоговый результат даже для меня оказывается сюрпризом. В свою очередь Earth House Hold и East of Oceans — это совсем другие проекты; действительно, это своего рода дань уважения влияниям и моему диджейскому прошлому в 90-х, чистоте, которой обладала музыка тех лет. У меня всегда очень конкретные намерения — напомнить или рассказать историю тех времен, показать ту утопию и чистую, в которой мы жили. Ты правильно, что это очень ностальгические проекты — отчасти с помощью них я пытаюсь немного убежать от настоящего, спрятавшись в прошлом. Во временах, когда все казалось мне более чистым, а будущее выглядело бесконечным. Это были лучшие дни в моей жизни, которые заставили меня сменить мой курс в целом. До увлечения электронной музыкой я был совершенно другим человеком, шел по очень негативному и деструктивному пути. Но музыка тех дней и сообщество, которое существовало вокруг нее, показало мне, что люди могут быть очень хорошими, а жизнь быть преисполненной красоты. Вечером после моей самой первой в жизни вечеринки, у меня случилось откровение, и я понял, что хочу полностью изменить свою жизнь, посвятив ее электронной музыке. И теперь, спустя 25 лет, я могу сказать с уверенностью, что я все еще сдерживаю это обещание. Так что да, мои сторонние проекты помогают мне справляться с этим ощущением, а заодно — и делиться историей с другими людьми: как с теми, кто застал это все, так и с теми, кто лишь читал об этом.

Чарт:

Nina KravizДекабрь 2016

Все чарты

1.
London Elektricity
Swivel (Electrosoul System Remix)
00:00
00:00

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
мои курсы
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку «Зарегистрироваться», вы подтверждаете своё согласие с условиями предоставления услуг и политикой конфидециальности

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    


Главный редактор: Илья Воронин

   Управляющий проекта: Оксана Кореневская

                                        PR-директор: Елена Шапкина

дизайн: Григорий Гатенян

разработка: devNow


Пишите нам:

Общие вопросы: info@mixmag.io

Работа в Mixmag Россия: job@mixmag.io

PR: shapkina@mixmag.io

Служба поддержки пользователей: help@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 (495) 972 01 45

По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес ad@mixmag.io

академия: корзина

Ваша корзина пуста. Выбрать интересующие вас курсы можно здесь.

Вы выбрали курсов на

4500 ф

Я ознакомлен и согласен с правилами
подписки
на курсы Mixmag Академия.

оплатить
академия: МОИ КУРСЫ

Ваш список курсов пуст.
Курсы можно посмотреть здесь

Оплата прошла успешно.
Перейти в мои курсы

Оплата не прошла.
Перейти в мои курсы