Kausto: после семи лет тишины

17 февраля 10:20

На питерском лейбле Roots United выходит второй релиз — долгожданный во всех смыслах: первый Nocow «Zathdax EP» состоялся два года назад (и был моментально распродан), а автором нынешнего стал петербуржец из Северодвинска Кузьма Палкин. В конце 2000-х он прогремел под именем Audiocad и ушел в подполье. В грядущую субботу под псевдонимом Kausto он выступит с лайвом в клубе Stackenschneider на «Roots United Release Party». А перед этим Mixmag Россия выяснил, что заставило Кузьму вернуться в индустрию.


У тебя выходит пластинка на лейбле Roots United. Как ты познакомился с ребятами?

Можно сказать, все началось с вечеринок Washing Machine, которые устраивал Саша Hoopa году так 2006-м. Помню, как Тимофей Смирнов написал в своем ЖЖ, что самый нормальный хаус в Питере — это Washing Machine. Мне кажется, Roots United на нем и из него и выросли. Летом прошлого года Дима Агалаков и Артем Крючков решили выпустить мои треки 2004 и 2007 годов. Я решил, а почему бы нет? Нужно поддерживать друг друга. «Pupil Dilations EP» формулирует много событий из моей жизни в Северодвинске. Тогда я изучал явления глобальных освобождений и раскрепощений, как «Лето Любви» в Америке или «Второе Лето Любви» в Англии. Одним из вдохновителей того периода для меня был Baby Ford, а точнее его трансформация от первого альбома «Ford Trax» и до, допустим, «Headphoneasy Rider». А треки 2007 года — это оффтопы от той рутины, когда я пытался сделать тек-хаус для релиза Kausto «Warm Data» на лейбле Between Us Ромы Филиппова. В 2007-2009 годах я активно выступал с лайвами. И в результате устал от своей музыки. Застоялся в колее: что бы я не садился делать, все равно падал в сухое и скучное техно-брыкалово. И теперь Roots United эту отдушину выпускают на пластинке.


В 2008 году ты выпустил успешную пластинку «Sci-Fi’lator» под именем Audiocad, которая сейчас на Discogs стоит 140 евро, затем еще несколько релизов под другими псевдонимами. И пропал с радаров на семь лет. Нигде не выступал, не появлялся на вечеринках. В субботу ты выступишь с лайвом на релиз-пати — каковы ощущения от возвращения после долгого перерыва?

В последний раз я выступал скорее всего в Bubble Bar на Конюшенной площади, году в 2008-м. Тогда ко мне постоянно подходил один из организаторов клуба со словами: «Можно помягче, можно помягче». (смеется) 

Значит в Stackenschneider тебе точно будет комфортно. 

Я возьму с собой Octatrack, контроллер и драм-машину — не было времени подготовиться, я же уже почти два года отец. И я рад, что это будет вечеринка Roots United. Впервые за много лет я выбрался на мероприятие, связанное с электронной музыкой, только прошедшим летом — и это был Present Perfect Festival, который Roots United организовали. И меня поразила разница с тем, что я видел раньше. Все вокруг были настолько дружелюбные, open minded, что называется — возникло ощущение, что многие пришли туда именно получить впечатления от музыки, а не просто потусить. Пять лет назад в «Эфире» подобную обстановку сложно было себе представить, хотя там были хорошие привозы. Тогда только начинало формироваться сообщество людей, которые хотели разбираться в музыке. 



И что тебя заставило снова всплыть на поверхность?

Я снова стал много слушать музыку, особенно интересовался эмбиентом, который сопровождал меня в работе графического дизайнера. Я открывал Boomkat — и все чаще замечал интересный материал наших ребят. А потом появились лейблы «ГОСТ ЗВУК» и Udacha. И стало совсем интересно. Можно сказать, я заново заинтересовался музыкой, потому что почувствовал появление новой русской волны. 

Когда я выпускал свой «Warm Data EP» на Shanti Records в 2008 году, чувствовалось четкое деление на синдикаты, между которыми редко происходил кросс-культурный обмен. А нынешние лейблы — это истории не про понт, а люди вокруг них действительно общаются. Кто-то выпустил релиз — одни обсуждают, другие вдохновившись делают свой продукт в ответ. И все это можно расценивать как диалог. Это показатель, что есть движение, сформировалась аудитория, и она становится все прошареннее. 

А потом я посмотрел фильм Boiler Room «Stay in Russia» про битс-сцену, в котором Flaty, Kovsh, Lapti рассказывали про свою жизнь. Когда я увидел в сюжете про Flaty, как они едут в тоннеле под Финским заливом, услышал музыку жениного проекта Wrong Waters, меня щелкнуло — я почувствовал, что теперь есть родственные души. 




С каждым днем усиливается ощущение, что разгорается огонь. Когда слушаешь выпуски «РАДИО ГОСТ», записанные боссом «ГОСТ ЗВУК» Ильдаром Зайнетдиновым с работами исключительно российских продюсеров, то отчетливо понимаешь — этим людям есть, что сказать. В них есть искра, они уверенно толкают свою телегу. У нового поколения нет сопротивления своему уникальному звучанию. Стилистические вливания с Запада перестают быть так интересны, как раньше. Теперь никто не тянет одеяло на себя, не говорит: «А подбавь баса». Чтобы звучало, как у кого-то там на Западе. В России изменилось отношение к электронной музыке. И это не связано с патриотизмом, просто запустился процесс формулирования собственного звучания. 

Слушая пластинку Олега Буянова «Настоящий Белый», я не мог отделаться от мысли, что по впечатлениям она напоминает мне о лучших временах лейблов Klang Elektronik/Playhouse и Perlon, которые я очень люблю. Я подумал: «Вот оно — настало наше время». К тому времени я спаял себе драм-машину Sonic Potions LXR из DIY-набора. Помню, шел по Крестовскому острову, чтобы сделать лазерную резку для панели и представлял, что вот сейчас я эту драм-машину закончу, напишу крутых треков и меня выпустят на «ГОСТ ЗВУК». Забавно, что так оно и получилось — весной на нем выйдет мой альбом. Для него мы перевели название Audiocad на русский язык — так я закончу этот проект. CAD — это средства автоматизированного проектирования (САПР). Например, есть чертежная система Autocad, а у нас будет пластинка «Аудиосапр». 


Ты уже упомянул Aphex Twin, Perlon, Playhouse. Расскажи про эволюцию твоего восприятия музыки. 

При прослушивании музыки у меня в сознании возникают разные сложные визуальные образы. Это то, что называют эффектом синестезии. Когда я читаю про музыку, то зачастую «обнаруживаю» себя в родном Северодвинске, например, в районе парка или стадиона. Только в последнее время я стал воображаемо бродить и по Питеру тоже. Обычно эти места как-то связаны с первыми впечатлениями от прослушивания тех или иных композиций.

Из-за того, что я теперь отец, часто провожу ретроспекцию и нахожу артефакты в своей памяти. Например, всплывают воспоминания из детского сада в Северодвинске, как я ходил и мыслил музыкой — она постоянно играла в голове. Она состояла из отрывков эстрады и тех песен, которые папа крутил на пластинках. Одно из самых сильных впечатлений — как играло радио в пустом помещении группы детского сада. У стены стояла лампа для кварцевания, завернутая в белую простыню. По радио звучал какой-то допустимый для СССР диско-шлягер, в котором вдруг все инструменты затихали и оставалась только ухающая бочка. Потом у отца появился CD-проигрыватель, альбом «A Night at the Opera» подсадил меня на группу Queen. Затем в моей жизни возникла Nirvana. 

В годы юности я стал вгрызаться в дэт-метал и прогрыз путь через грайндкор в самый злой и экстремальный блэк-метал. Почти каждый день я ходил в комиссионку на улице Труда — там я впервые услышал AFX, альбом «Analogue Bubblebath». В тот момент все внутри меня перевернулось, произошла смена парадигмы. Причем, к тому моменту я уже был знаком с Prodigy — видел клип «Poison» в передаче «Кафе Обломов» Артемия Троицкого. 

На стержень в виде AFX стали нанизываться The Future Sound of London, Warp и всякий трип-хоп. Я стал просить отца привозить кассеты из Москвы, куда он часто мотался в командировки. На Кузнецком мосту был подземный переход с ларьками, в которых продавались рейверские кассеты. Однажды я заказал Autechre — клип на «Second Bad Vilbel» я увидел в программе «Berlin House» по телеканалу VIVA. И снова произошел взрыв в голове. Когда ты слушаешь рок, то понимаешь, откуда берутся звуки: вот это удар по тарелке, тут гитарный риф, а на переднем плане голос человека. А у Autechre была совершенно непонятна природа возникновения звуков. Я слушал тот альбом в автобусе по дороге на море, на ягринский пляж, где часто фотографируются на фоне торчащих подводных лодок — это такой местный мем. И пока слушал кассету, пережил полноценный трип — там за альбом много всего происходит, сознание выворачивается наизнанку, пролезает через игольное ушко и так далее. Испытал полное выпадание из реальности. 

Понятно, что становление музыкальных мозгов происходит на многих уровнях: я ходил в музыкальную школу на класс фортепиано, но мне быстро наскучило. С другом Артемом мы стучали по коробкам, зонтикам и даже картине маслом — искали звуки, похожие на реальную барабанную установку и записывали их на кассеты. А в старших классах школы я играл на ударных в панк-группе.


Компьютер у меня появился классе в девятом. Я сразу установил Sound Forge и Rebirth — эмулятор Roland Tb303 и Roland 808. В Rebirth я насочинял дичайший брейкбит, записал на кассету и сунул диджею во время школьной дискотеки. Все стояли на ушах. Казалось, что я могу наклепать свое творчество, и эффект будет не хуже, чем у Prodigy. Но вторая такая попытка подсунуть самопальную кассету прошла не так удачно. И я стал углубляться. В нашем классе котировали коммерческий панк и рэпчик, кто-то слушал «Чайф». А ребята классом младше уже мелировали волосы пятнами и писали на партах слова «speed garage». Они и познакомили меня с джанглом и техно. 

В конце 1990-х случился компьютерный бум, выпускалось много специализированных журналов. В одном из них на задворках было написано про трекерную музыку, конкретно про программу Impulse Tracker. Если в традиционных DAW ты оперируешь горизонтальными аудио- или MIDI- дорожками, то тут у тебя некоторое количество вертикальных текстовых колонок, в которые ты вводишь ноты и команды с клавиатуры, практически в текстовом режиме. Зачастую трекерщики крутятся вокруг демо-сцены — это гики, которые больше про IT, чем про музыку. Конечно, в той среде стали появляться и те, кто просто сочинял музыку. В начале 1990-х разрешили предпринимательство, поэтому отец быстро ушел из заводского конструкторского бюро в кооператив. Я приходил к нему в офис — бывшее бомбоубежище с толстыми металлическими дверьми, в котором сидели представители технической интеллигенции, решившие попытать счастье в новой сфере. Кто-то печатал документы в редакторе под DOS, кто-то делал чертежи в допотопных САПР, а я рыл трекерные залежи. У трекерных музыкантов к тому времени уже были развиты инфраструктуры со своими лейблами и вечеринками. Из этого движения вышел, например, Machinedrum, который делал лютый IDM под псевдонимами Meek и Syndrone.




Я учился на инженера судовых ядерных установок. Ушел с 4 курса, и вплотную занялся музыкой. Тогда и написал часть треков для нынешнего релиза на Roots United. В то время я сидел на немецком минимал-техно и тек-хаусе. В то время Виллалобос выпускался на Playhouse и Perlon, гремели лейблы Force Tracks, Klang Elektronik, одним из создателей которого был Роман Флюгель. Я отошел от больших голов, как Autechre и Aphex Twin, и стал обращать внимание на продюсеров, которые не старались выпячиваться. 

От нечего делать или чтобы отвлечься, я написал альбом Audiocad за неделю. Слушал советскую прото-электронику и диско — прибалтийский Zodiac и Argo. Мне было интересно, чем они вдохновлялись. Наверно слушали Kraftwerk, Жан-Мишеля Жара. Я подумал, а что было бы с техно, если бы не было Kraftwerk? Если убрать чье-то влияние из истории электронной музыки? Так у меня получился будто советский краут-рок.


И 10 лет назад ты переехал в Петербург, с тобой связался тот самый Рома Филиппов, владелец лейблов Between Us и Shanti Records, который сейчас в Японии делает синтезаторы Sputnik Modular.

Да. Кстати, я до сих пор привязан к трекерам. Не могу перейти с вертикального способа создания музыки в горизонтальное. При этом настолько углубился в работу с трекером Renoise 2.5, что и на нем могу полноценно джемить и удивляться открытиям, которые обычно приписывают к свойствам железных сетапов. Где-то в 2013 году я перешел на железо. И избавился от фобии чистого листа, когда открываешь проект, у тебя несколько пустых дорожек, и не понимаешь с чего начать. 



На протяжении этих десяти лет в Питере было множество ситуаций, приводящих к мысли, что, возможно, стоит бросить музыку. Представь, вот я собрал железо, пошли результаты, а потом обнесли квартиру, потому что я замки давно не менял. Жизнь не раз давала щелбаны и дает до сих пор. Но бросить заниматься музыкой уже, видимо, невозможно. В любом случае, через некоторое время обнаруживаешь дома милое сердцу цифровое барахло из 1980-х или 1990-х, которое невозможно программировать с передней панели, поэтому привязываешь к нему сначала миди-контроллер... И все, снова погряз. 

Сейчас я стараюсь менеджерить свое время и не переживать на тему его катастрофического дефицита. Знаешь, я часто вспоминаю интервью Алексея Nocow с заголовком «Когда бит убивает быт» и думаю — а может и не надо быт убивать? Все равно все само происходит.

Чарт:

Nina KravizДекабрь 2016

Все чарты

1.
London Elektricity
Swivel (Electrosoul System Remix)
00:00
00:00

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
мои курсы
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку «Зарегистрироваться», вы подтверждаете своё согласие с условиями предоставления услуг и политикой конфидециальности

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    


Главный редактор: Илья Воронин

   Управляющий проекта: Оксана Кореневская

                                        PR-директор: Елена Шапкина


Пишите нам:

Общие вопросы: info@mixmag.io

Работа в Mixmag Россия: job@mixmag.io

PR: shapkina@mixmag.io

Служба поддержки пользователей: help@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 (495) 972 01 45

По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес ad@mixmag.io

академия: корзина

Ваша корзина пуста. Выбрать интересующие вас курсы можно здесь.

Вы выбрали курсов на

4500 ф

Я ознакомлен и согласен с правилами
подписки
на курсы Mixmag Академия.

оплатить
академия: МОИ КУРСЫ

Ваш список курсов пуст.
Курсы можно посмотреть здесь

Оплата прошла успешно.
Перейти в мои курсы

Оплата не прошла.
Перейти в мои курсы