Внутренний камертон Moa Pillar

9 июля 12:03

В октябре прошлого года электронный продюсер Федор Переверзев (более известный как Moa Pillar) выпустил свой четвёртый альбом «Well-Balanced Rollback» на собственном лейбле «ПИР». Вслед за стартовым релизом последовал «дружественный» EP с Zurkas Tepla, а сейчас готов увидеть свет альбом дебютанта Rapid Antics

Mixmag Russia поговорил с 28-летним музыкантом, который записывает разные по стилистике, но неизменно вызывающие интерес альбомы, приводит в экстаз московские танцполы, курирует курс music production в Moscow Music School, рулит лейблом, а в свободное время успевает разучивать трюки на скейте и собственноручно шить фирменные футболки — о том, зачем он решил создать собственный лейбл, что нам ожидать от нового релиза, как он переживает нынешний сложный для музыкантов период и что (в конце концов!) означает Moa Pillar.


Начнем с главного — ты запустил собственный лейбл. Зачем и почему? Я читала, что одной из причин стало твоё желание выпускать студентов Moscow Music School, где ты преподаешь курс music production. И второй, как я понимаю, стало то, что лейбла, на котором ты выпускал свои предыдущие два альбома [Full of Nothing], больше не существует. Слышала, что они были очень близки тебе по духу и, возможно, ты не хотел искать, или это тяжело — найти лейбл, с которым сложилось бы такое взаимопонимание. Права ли я или, возможно, были еще какие-то факторы — экономические, например? И побочный вопрос — почему «ПИР»? У меня есть идея, моя догадка: я слышала, что ты любишь общаться со студентами на равных, а по-английски «peer» значит «равный». Связано ли это? Или какая-то другая причина? Мне название очень нравится — оно яркое и запоминающееся.. 

Начиная с последнего, ты сейчас очень классно интерпретировала насчет peer английского и студентов — это очень круто, я это запомню. 


Ты этого не подразумевал? 

Нет, но мне очень понравилось, что пир как «равный» на английском [«peer»] созвучно пишется, хотя я не думал об этом глубже, ты сейчас очень интересную версию предложила, мне понравилось. Для чего? Изначально я просто понял, что вокруг меня собралось какое-то количество талантливых людей, которые меня вдохновляют. Студенты были большим катализатором, потому что с ними я провел два года, и мне стало по-родительски эгоистично жалко, что их первые работы выйдут где-то еще. Я подумал, что можно с этим что-то сделать. Что касается моего альбома — история в том, что я никогда в принципе не слал никуда демки, как-то не довелось, все происходило само. С Full of Nothing были семейные отношения, и я понял, что для меня это, в принципе, самое главное в лейбле. И потом, когда он по ряду причин прекратил свое существование, я начал думать — а чего я хочу? И понял, что я точно не хочу заниматься тем, что буду слать куда-то демки, чтобы меня комментировали. Все равно на любом лейбле начинают тебя формировать — что-то нравится, что-то не нравится, твой релиз режут. Я подумал: мне 28 лет, я учу людей, и я не особо хочу вступать в такого рода коммуникацию, при том, что эти коммуникации очень сильно затягиваются, и вообще все затягивается из-за этого. Я подумал, что если я потерял семью — самое время начать становится взрослым и создавать свою собственную. 




А какие-то экономические причины были или тебя это не волнует? 

Экономически я пока не знаю, насколько выгодно заниматься некоммерческой электронной музыкой в России. У меня нет грандиозной задачи зарабатывать невероятные деньги на лейбле. Если это вдруг получится — будет замечательно. Когда я выпустил «Well-Balanced Rollback», он спонтанно очень хорошо продался, и это стало стартовым капиталом на ближайшие пару-тройку релизов на «ПИРе». 


Классно! И возвращаясь к «ПИРу». Если учесть, что peer — это моё толкование, что ты сам вкладывал в это слово? Это не аббревиатура

Не-не-не. Мне просто хотелось какое-то русское, короткое и емкое слово, и я думал об этом. Где-то мне на глаза попалась банковская карточка МИР, и я подумал — блин, так хорошо. Потом я просто как в школе начал — помню мы так играли, в словах, которые нам нравятся, меняли какую-то одну букву и смотрели, какие слова получаются. Я так наткнулся на слово ПИР. А пир — такое большое слово. Я сразу вспомнил выражение «пир души» и окончательно влюбился в это название. 


Да, еще пир на весь мир — как посыл сигнала во весь мир, что-то такое... 

Да, и пир на весь мир, пир во время чумы... Очень много контекстов, а мне нравится, когда слово такое емкое и много в себя включает. Поэтому я сразу такой [подумал] «о, беру!». 


Тяжело было запустить лейбл? Я понимаю, что у тебя связи, но тем не менее.. Все равно нужны какие-то вложения, усилия и т. д. 

Возможно, больше всего помогло то, что мой ближайший друг — Иван Золото, бывший владелец Full of Nothing, это был его, кажется, третий лейбл (сейчас у него SotA — это четвертый или пятый лейбл в его жизни). И он на организационных вопросах — о том, что должно быть, а чего не должно — собаку съел, и он мне очень сильно помогал с этим. Со стороны все кажется достаточно простым — находишь музыку, обложки, у тебя есть контакты с дистрибьюторами, с кем-то о презентации договорился — бах-бах и готово. Но на деле получается очень много оперативной деятельности, о которой не знаешь, пока не начинаешь этим заниматься. В итоге, у меня есть небольшая команда людей, которая мне помогает. В целом, не сказать, что на данном этапе развития лейбла это очень сложно. Наверное, самое сложное все-таки находить музыку, которую хочется издавать.


После своего альбома ты выпустил релиз вместе с Zurkas Tepla. Расскажи немножко о нём. Я читала, что это идея возникла у Саши, но, с другой стороны — у него же тоже есть свой лейбл, почему решили выпустить у тебя, а не у него? Как возникло это сотрудничество? 

Мы с Сашей очень давно знакомы и пересекались музыкально всегда, он как-то заходил ко мне в гости и принес трек, который собственно на этом релизе и есть, и я просто в него сразу влюбился и захотел издать. Я подумал — как я могу его себе отжать, и придумал такую схему [два трека + взаимные ремиксы], и Саша согласился. Это не совсем профильный релиз на лейбле, и если бы не коронавирус, то на «ПИРе» бы уже была пара-тройка других альбомов до этого EP, но поскольку в этом участвовали только я и Саша, мы подумали «Ну, давай его просто выложим», и выложили. Особо не размышляя и ничего с ним не делая. Для нас это было скорее дружеское рукопожатие, чем альбом, над которым мы очень долго работали и возлагали какие-то надежды, или что-то в таком духе. 




По поводу общей работы — мне интересно было как вы все взаимопроникаете.

Мы сами много смеемся над этим, что все друг друга издают, но мне нравится этот DIY дух. Это забавно, что у Вани Золото есть лейбл School of the Arts, и я для него делаю мастеринг, а Ваня пишет пресс-релизы всем моим релизам и т. д. И эти отношения, мне они очень нравятся. 


А почему ты не захотел издавать на нем «Rollback»? 

Потому что тогда его еще не было, и даже если бы он был, то там другая направленность. У Вани там больше про авангардный нойз.. И в принципе мой релиз — это хорошая точка отсчета для «ПИРа».


Давай поговорим про релиз Rapid Antics. Я так понимаю, это твой студент, и это его первый альбом? 

Это вообще первый музыкальный релиз в его жизни, если не ошибаюсь. 



Почему ты выбрал его, и что мы можем ожидать от этого релиза? Мы не можем ждать прямой бочки — это я поняла по его записям и выступлениям. (смеётся) 

Я не то, чтобы выбирал прямо Колин [Николай Нескородов] релиз как самый первый. У меня там к финишной прямой стремилось пару релизов и кто первый успел — тот как бы и съел. Первый получился Коля. Он очень вырос за 2 года как продюсер, как очень внимательный человек, скрупулезно относящийся к звуку, мне это очень нравится. Коля в этом смысле очень техничный парень, при этом у нас с ним сразу складывались интересные отношения. Я позже смотрел видео, он был на многих моих концертах и выступлениях. Когда он пришел в школу и сказал: «Федя, я пришел учиться к тебе, я хочу учиться у тебя, мне не так важно, что тут будет происходить в школе, я пришел учится к тебе». И я подумал: «Хорошо, наверное — если мы найдем с ним общий язык, нам будет просто обучаться». Но вышло все немного иначе. Коля все эти 2 года постоянно сопротивлялся духом, это была именно борьба, и это интересно. Если ученик впитывает все, что ты ему даешь, и ему нравишься ты, у человека же должно в какой-то момент проснуться ощущение себя, что я вот такой, вот мои границы, и дальше не заходи, я там сам. У Коли это чувство достаточно рано проснулось. Колин дебютный релиз — это очень функциональный и танцевальный альбом, это в принципе та музыка, которую я бы с радостью играл в своих сетах, и я в принципе это делал уже, проверял. Для меня было большой гордостью и счастьем, когда на фестивале Fields зимой я выступал с диджей-сетом, и я сыграл пару колиных треков, и было очень приятно в этот момент знать, что это музыка не из интернета, а от человека, которого ты знаешь, которого ты в каком-то смысле взрастил, и сейчас она звучит на танцполе, и люди танцуют под нее, и никто в ус не дует, что это какая-то «студенческая» музыка. Занимаюсь сейчас промо-рассылками по своим близким контактам и получаю очень теплый фидбек о релизе. Например, горячо любимый мною Tzusing очень положительно отозвался о Rapid Antics. Мне кажется, я от этого радовался больше, чем сам Коля. (смеется)



Я так понимаю, что это будет что-то такое ломаное, брейкбитовое?

Да. 


Ты упомянул уже, что у «ПИРа» есть своя направленность. В информации про лейбл написано: «Non functional sounds from Eurasia», можешь расшифровать это? Есть ли у тебя желание охватить некий недостаточно раскрытый пласт музыки, представить его, и какая это музыка? Как ты видишь концепт лейбла, скажем так, если он есть? 

На самом деле есть позиция издавать просто музыку, которая нравится. Но поскольку издаю ее я — она сама собой выстраивается в некоторую линейку. Сейчас, глядя на дискографию «ПИРа», это, возможно, не совсем понятно, потому что там только три релиза, но, если послушать мои диджей-сеты за последнюю пару-тройку лет, можно будет понять, в какую сторону я смотрю. Я не очень сильно на самом деле люблю использовать жанровую терминологию для объяснения музыки, потому что мне все время кажется, что это сковывает и ограничивает восприятие. Например, есть такой термин «hard drum», типа «тяжелые барабаны» — это та музыка, которая уже достаточно давно звучит в условной Англии и по всему свету, но в России она особо не приживается, или люди о ней просто не знают. Так вот, Rapid Antics отчасти можно назвать hard drum-релизом, но только частично. Я хочу издавать много танцевальной музыки, под которую я безудержно танцую сам, но также я хочу издавать музыку, от которой я буду плакать. Правда, сама по себе музыка без человека интересна в меньшей степени. Хочется в идеале издавать людей, которых знаешь и с которыми чувствуешь связь. Будто именно в этом сила. 


Ещё интересно по форме, о материальном воплощении. Ты выпустил свой альбом на CD и кассетах, «Drumming» в цифре. Новый альбом планируется в цифре и на кассетах. Я так понимаю, у тебя вообще только «Гимны» были на виниле. Почему ты не любишь винил? Я знаю, что у многих музыкантов прям какая-то трясучка на сей счет, для них винил — это что-то святое. Многие диггеры, диджеи любят ощутить физически это всё. Как некоторые музыканты любят аналоговые синтезаторы. Ты не из их числа или на то были экономические причины?

Сейчас расскажу, да. На «ПИРе» абсолютно точно это какое-то трезвое [решение]. Надо начать с того, что у меня нет трясучки по отношению к винилу, это здорово, приятно, но на нем клин не сошелся. Как основной формат я выбрал кассеты, чтобы независимо от того, будет приносить лейбл деньги или нет, я мог издавать релизы, когда мне нравится и когда хочется. Если говорить о запуске винилового лейбла, то это совершенно другой подход, и я лично понимаю, что если я могу издать одну виниловую пластинку, дальше мне будет максимально важно, чтобы она окупилась, чтобы запустить второй релиз. Я понимаю, что я не хочу находиться в этих [условиях]. Я просто хочу издавать много музыки — когда мне нравится и сколько мне хочется. Мне в этом смысле сейчас ближе и понятнее некая DIY-эстетика, чем эстетика большого продуманного бизнеса, который как машина движется. Мне кажется, когда ты издаешь винил — это либо мечта и огромная любовь к этому, либо это серьезная машина. Плюс ко всему, я все равно остаюсь немного торопыгой. Я знаю людей, которым все равно, у них релиз может два года лежать, они потом его издают, и они счастливы. Мне же хочется издавать музыку, в которую я влюбляюсь максимально быстро. С винилом релиз затягивается минимум на полгода в лучшем случае, со всеми производствами, тест прессами. Хочется, чтобы музыка просто случалась. Но чем черт не шутит, может и до винила на «ПИРе» доживем.


Нет тут такого, знаешь, тщеславного ощущения, что вот твоя пластинка в каком-то магазине среди других крутых пластинок, этого нет?

Это приятно, я этим летом был в Чикаго, и в поисках сувенирной чикаго-хаус пластинки нашел в магазине релиз Яны Кедриной и Nocow и мне было очень приятно: «О, это мои кореша». Это приятное чувство. Конечно, находить так же свои релизы было бы тоже приятно, но я взвешиваю свои хотелки с другими аспектами, о которых говорил, и выбираю то, что выбираю.


А «Гимны» имело смысл выпускать на виниле, как ты думаешь? 

На мой взгляд, это хорошая музыка для винила, по моим собственным ощущениям. Я ее не видел особо на кассете, но это все странные предубеждения. Я очень рад, что у меня есть эта пластинка, и она стоит еще у каких-то людей, это крутое чувство. Если бы я мог сейчас выбирать, какой из своих релизов издать на виниле, я бы без размышлений выбрал именно «Гимны».


Переслушивая альбомы я осознала, во-первых, что их лучше слушать от «Roraima» до «Well-Balanced Rollback», потому что прослеживается и общая тема, и динамика развития. В этой связи у меня родилась такая ассоциация.. Есть художники, которые пишут в одном и том же стиле разные образы. А можно написать один и тот же образ (например, яблоко) в разных стилях — реализм, импрессионизм, постимпрессионизм, сюрреализм, абстракционизм, кубизм... У меня возникло ощущение, что ты вот это яблоко условное делаешь все время в разных формах. И когда я дошла до кубизма, я подумала: «Боже мой, Rollback — это кубизм чистой воды!». Ты как бы разобрал всё на части и потом странно собрал, а остальное оставил слушателям додумать.. И тут же возник вопрос: «Почему яблоко?» И перед глазами встала картина Магритта [«Сын человеческий»] — вот оно! Вот такой ассоциативный ряд возник. Насколько тебе это созвучно? 

На самом деле, это классно, что ты об этом подумала, прослушав все работы, это потрясающе, потому что так и есть. Когда-то очень давно я читал книжку про Тарковского, и там была классная фраза, которая запала мне в голову — о том, что каждый художник, в широком понимании этого слова, пишет одну и ту же мета-картину, которая есть у него внутри, и он пытается ее отобразить всю свою жизнь. И все эти картины — это попытка отобразить эту картину максимально точно. У меня ровно тот же процесс происходит. В какой-то момент я почувствовал эту мета-музыку внутри и каждый раз пытаюсь ее достать. Например, когда я писал «Roraima», мне было 20 лет, у меня был определенный взгляд на мир, меня вдохновляли тропики и Клод Леви-Стросс. Это все наслаивалось на пресловутую мета-картину и сдвигало аспекты и балансы музыкальной работы в ту или иную сторону. И так происходит с каждым моим альбомом, но каждый — попытка приблизиться. Поэтому для меня что Humanity, что Гимны, что No expectations, что «Rollback» — это примерно одно и то же, только смещаются акценты вместе с тем, как я проживаю свою жизнь. Например, в «Гимнах» на фоне «Humanity» больше технических вещей, спецэффектов, меньше шума, но суть одна 


А мне больше нравится «Humanity». Она какая-то насыщенная, но это мое ощущение. 

Это прекрасно, всем нравится что-то больше. Я тоже очень люблю «Humanity», это первый мой релиз, где я начал быть честным сам с собой, без ребячества какого-то. Для меня очень естественно слышать «No expectations» после «Гимнов», потому что это естественное продолжение, от которого отвалилась масштабность в форме повествования. Потом после «No expectations» — «Well-Balanced Rollback», и там тоже что-то отваливается. Но для меня это одно семейство — как, знаешь, был проект музыкальной ДНК мутаций. Там можно было плодить поколения мелодий и ритмов и выбирать из них те, которые нравятся больше всего. В итоге спустя сотню популяций компьютер начинал выдавать сплошь идеальные для тебя музыкальные фразы.


Я не знаю, если честно, эту штуку. Игра какая-то? 

Да, это была какая-то игровая иллюстрация того, что такое ДНК популяция, и как оно все там мутирует. Это когда-то было, я не знаю, лет 10 назад, в интернете, я как-то натыкался и запомнил. То, что ты увидела — это круто, и это мне очень близко и понятно. 


Как на тебе сказался карантин? Я почему спрашиваю — были разные online-talks (в том числе от Monoleak, где ты работаешь) о том, как по-разному музыканты переживают этот период, когда нет концертов — кто-то ушел в себя, кто-то депрессует, кто-то сначала депрессовал, потом адаптировался и т. д. Яна Кедрина сказала, что она вообще очень рада, потому что у нее отменились все гастроли, и она может писать. Я знаю, что у тебя продолжалась некая деятельность: в Moscow Music School, проекты с Monoleak, стримы. Как на тебе сказались самоизоляцие, отмена выступлений и т. д.? Давай сначала в целом, потом я спрошу про стримы отдельно. 

Да, в общем такая история. У меня все стадии были от неприятия до мании, и они просто по кругу какое-то время продолжались, это было ужасно. Но в целом, на самом деле, если говорить про какую-то ментально-моральную часть, то карантин оказал положительное влияние, потому что была ситуация, в которой можно переосмыслить некоторые вещи. В моей жизни стало больше принятия музыки вокруг и ощущения общности. Я до этого часто проходил мимо релизов своих знакомых в медийном пространстве. Без какой либо на то причины. Ведь условный лайк ничего не значит. А, с другой стороны, поставить его ничего не стоит, но ты этого не делаешь. А тут ты сидишь и думаешь: «Да, может у этого человека музыка не на сто процентов моя, но мне нравится этот человек и стоит его поддержать». Стало проще относиться ко всему этому. Спасибо за это карантину, или это просто так совпало. 


Я очень хорошо понимаю и по себе заметила. Стало не стыдно проявить симпатию просто потому, что тебе нравится человек. 

Да, какой-то простоты и открытости больше. Я эту историю слышу не только от себя, многие люди мне говорят, что такое стало происходить. 


Как я поняла из твоих интервью, тебе важно, чтобы был отклик от публики, и если его нет, то ты истощаешься, тратишь свою энергию и не получаешь ничего взамен. Насколько тебя обламывают онлайн выступления? И, я так понимаю, ты не играл лайвы в стримингах, только сеты — для тебя это makes the difference? 

Лайвы мне предлагали играть много раз — я принципиально отказываюсь играть онлайн, диджей-сеты играю. Я попробовал играть диджей-сет онлайн, и это полный отстой, когда нет людей рядом, это очень странное ощущение, и оно не то чтобы мне нравится. Ты находишь свои прелести в этом, и вокруг тебя есть пара-тройка человек, с которыми ты в этот момент трансляции кайфуешь от музыки, и это хорошо. Но я не представляю себя играющего лайв на стриминге, мне очень важно чувствовать людей в этот момент, я музыку пишу именно для этого, мне очень важен обмен энергией. Диджей-сеты — окей, я уже привык, но все равно это совсем не то. Но на безрыбье, конечно, и рак — рыба. 


По поводу лайвов... Насколько тебе близко такое определение твоих выступлений, которое я встречала — «ритуальный рейв»? Я тоже, когда тебя впервые услышала, сразу сказала — «это шаманство». Насколько ты чувствуешь, что возбуждаешь какие-то первобытные чувства в людях? Я помню эти ощущения, когда я не могла удержаться, это выносит тебя танцевать. Это случайно? 

Меня какое-то время интересовала эта тема, но сейчас в принципе я об этом не думаю, потому что мне кажется странно об этом думать. Я не думал в процессе, когда я пишу музыку, что это может на кого-то воздействовать, и можно использовать определенные ключи. Единственное, что я хочу, когда я пишу музыку — это обнаружить себя в непонятном экзальтированном состоянии в 4 часа ночи от собственного трека. Хочу проживать момент. И если я его проживаю, то я могу этим и с людьми делиться, и они тоже могут его почувствовать. Я поэтому выпускаю в свет мало музыки. Я много пишу по работе, но это другое совсем.


А играешь ты именно то, что сам проживаешь? 

Конечно, и это издаю, да.



У меня такой еще вопрос, наверное последний. Мы начали с названия и закончим им. Что значит Moa Pillar. И как, кстати, правильно ударение? 

Да не важно, ударение как угодно можно. В 2008 у меня был проект, который назывался «Федины штуки», совершенно дебильное название, но я был тогда подростком, и это казалось нормально. И я познакомился через какую-то группу во ВКонтакте со Стасом 'Hmot' Шарифуллиным, он издал мои первые работы и был для меня серьезным проводником в мир музыки и наставником. И он меня начал мучать: «Федя, ну все замечательно, но что это за название, что это за *** [ужас ужасный], меняй его.» Я подумал — ладно. Стас для меня был авторитетом, и я мог довериться ему в этом смысле, и я стал думать над названием. Moa Pillar появилось по аналогии. Moa — это просто имя, которое мне понравилось. Как выяснилось позже — если загуглить, то Moa — это курицеобразный динозавр. А Pillar — я взял как часть от объекта в космосе Pillars of Creation — столпы творения. Меня впечатлила эта фраза, когда я был подростком. Я подумал, что мне очень хочется, чтобы в моем псевдониме была часть большой творческой энергии. Так и получились «столпы творения Moa». Сейчас я об этом, конечно, не думаю. Но я рад, что мне по-прежнему нравится, как это звучит на слух и как это выглядит визуально. 


Ну и теперь самый последний вопрос.. Насколько тебе важно признание? Ты получил премию Курехина, это очень круто, понятно. Ты играл с классиком Владимиром Мартыновым в компании с еще несколькими музыкантами, и вы договорились о концерте на двоих (надеюсь, он состоится, как запланировано, осенью). Ты открывал концерт The Prodigy — можно по-разному относиться к ним, но это культовая группа, как ни посмотри. Насколько тебе это лестно, насколько для тебя важны такие знаки признания? Или тебе все-таки главное быть в согласии с самим собой?

Это здорово, безусловно, и приятно. Но я не могу сказать, что это было хоть когда-то целью, у меня никогда не было кумиров, мне никогда не хотелось, чтобы кто-то конкретный полюбил меня, мою музыку. Я всегда воспринимал музыкантов как музыкантов, а не сверхлюдей. Безусловно, все эти вещи, такие, как выступление с Мартыновым, премии, The Prodigy, которые сами меня выбирают из списка музыкантов — это безумно приятно. Мое самолюбие не страдает от того, что меня кто-то похвалил или не похвалил, как к критике относишься спокойно, так и к комплиментам. Это приятно, но если я сделаю что-то и по каким-то причинам выпущу в свет то, что мне категорически не нравится, то сколько бы людей мне ни сказало, что это замечательно, я вряд ли буду себя от этого чувствовать спокойнее. Все-таки главным остается свой внутренний камертон.

Чарт:

Nina KravizДекабрь 2016

Все чарты

1.
London Elektricity
Swivel (Electrosoul System Remix)
00:00
00:00

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
мои курсы
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку «Зарегистрироваться», вы подтверждаете своё согласие с условиями предоставления услуг и политикой конфидециальности

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    


Главный редактор: Илья Воронин

 Операционный директор: Татьяна Джумаева

дизайн: Григорий Гатенян

разработка: devNow


Пишите нам:

Все вопросы и предложения: info@mixmag.io

Служба поддержки:

service@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 950 004-67-65


По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес info@mixmag.io

академия: корзина

Ваша корзина пуста. Выбрать интересующие вас курсы можно здесь.

Вы выбрали курсов на

4500 ф

Я ознакомлен и согласен с правилами
подписки
на курсы Mixmag Академия.

оплатить
академия: МОИ КУРСЫ

Ваш список курсов пуст.
Курсы можно посмотреть здесь

Оплата прошла успешно.
Перейти в мои курсы

Оплата не прошла.
Перейти в мои курсы