Пионер: Роберт Худ

17 августа 11:25

Автор:

Funster

Пионер, первопроходец — тот, кто разработал или первым применил новый подход. То, кто двигается в новую область знаний. В электронной музыке есть несколько пионеров, которые стоят на страже жанров, придумывают новые стили и создают звуки, доселе неслыханные. Без их таланта и видения, современная музыка была бы совершенно иной. 

Не секрет, что техно, эта стремительно развивающаяся, подпитываемая адреналином громадина, которую мы знаем сегодня, возникла в Детройте. Джефф Миллз — пионер. Майк ‘Мэд’ Бэнкс — пионер. Роландо — пионер. Джеймс Стинсон — пионер. Эти люди среди политической и социальной неразберихи создали нечто, что не только выросло и стало определять их как артистов, но и стало звучанием, которое определило время в которое рождалась эта музыка. Крик и шум протеста. Реакция и воинственная позиция приводимая в действие ритмами на скорости в 130 ударов в минуту. Техно есть техно благодаря этим людям. 

К этим же людям можно причислить и Роберта Худа, который внес в развитие техно самый серьезный вклад. С 1990-х он вкладывает всю душу в эту музыку, стараясь придать ей уникальность и превосходство. Благодаря сотрудничеству с Джеффом Миллзом и Майком Бэнксом на заре своей карьеры, он был частью Underground Resistance и начал развивать звучание минимал-техно, которое должно было отражать весь радикализм, присущий этому жанру. 

Его лейбл M-Plant служил домом для его самых амбициозных и сложных работ и альбомов, вроде «Minimal Nation», «Omega», а современные работы, вроде «Paradgym Shift» наглядно показывают, что со своего пути за это время Худ так и не отошел. 

Издаваясь под псевдонимами The Vision, Dr. Kevorkian, Inner Sanctum и Monobox, Худ среди техно-артистов теперь стоит особняком, а в последние годы через свое творчество он несет слово Божие, поскольку является убежденным христианином. Новейшие работы Роберта теперь выходят в рамках проекта Floorplan, в котором он работает вместе со своей дочерью Лирик. Взяв за основу госпел, эта мелодичная музыка намекает на религиозность своего создателя и становится способом передать религиозное послание новым группам последователей и поклонников. 

Роберт Худ выступит 23 августа на масштабном киевском мероприятии «Brave!», а Mixmag Russia публикует большое интервью с пионером современной электронной музыки. 



Можете рассказать нам, что из себя представлял Детройт в то время, когда вы только начинали экспериментировать с техно? Какую цель вы перед собой ставили? 

Мне кажется, что в то время в Детройте вообще никто эту музыку не называл словом техно. Диджеить я начинал в клубе, где звучало регги, плюс работал в музыкальном магазине и вообще не забивал себе голову мыслями о том, чтобы самому начать делать музыку. Но в какой-то момент у меня внезапно возникло убеждение, что мне просто-таки необходимо начать делать электронную музыку. Я купил в ломбарде драм-машину, а синтезатор купил у кого-то из Underground Resistance, которые тоже тогда только начинали, ну а потребность в новой музыке все росла и росла. А надо понимать, что в то время Детройт находился во власти крэка, а самой популярной музыкой был хип-хоп. Все в Детройте слушали NWA и Айс Кьюба, а хаус-сцена находилась глубоко в андеграунде, и помню, как я находился под сильным впечатлением от чикагской хаус-музыки, Маршалла Джефферсона и Марка Имперала. Эту музыку я сводил с Айс Кьюбом и прочим гангста-рэпом. Вот такая музыкальная мешанина на меня и повлияла самым серьезным образом. 


Как вы оказались вовлечены в деятельность Underground Resistance кроме покупки синтезатора? Вы ожидали, что это как-то изменит вашу жизнь, что все обернется именно так? 

Я просто был рад, что познакомился с Майком Бэнксом и Джеффом Миллзом, и рад был сделать первый шаг в этом направлении. Помню, как радовался самой мысли, «Круто, я в тусе». Я хотел делать музыку и я хотел выпустить пластинку на KMS, но мне этого не удалось, поэтому я просто сидел и записывал демо-кассеты. Майк 'Agent X' Кларк, как-то познакомил меня с Джеффом Миллзом, который тогда был известен как «Волшебник». Помню как пришел к нему домой, в его студию и спрашиваю, «Ну и где Волшебник?», а из-за четырех вертушек выглядывает маленький паренек, а я-то думал, что Волшебник какой-то большой, солидный. Я окинул взором стойки с пластинками, посмотрел на магнитофон, на котором он, словно хирург, ваял свои эдиты, посмотрел как он, точно волшебник, управляется с вертушками и подумал про себя, «ну этот пацан похоже точно волшебник». Ну а все остальное уже хорошо известно, все пошло как по маслу, правда стоит заметить, что на тот момент Underground Resistance были очень воинственными, ничего не делалось абы как, все четко планировалось. В итоге мне пришлось запастись терпением, начать практиковаться и заручиться поддержкой коллег и понять «как стать киллером», как порой говорил Майк Бэнкс. 


Майк Бэнкс, Роберт Худ, Джефф Миллз


В первые пять-десять лет, когда создавалось техно-звучание, то самое звучание с которым вы теперь полностью ассоциируетесь, вы думали тогда, что станете человеком, который сегодня будет являться олицетворением техно? Вы это понимали или все-таки это произошло случайно? Или вы просто занимались своим делом и потом увидели, что ваша деятельность привлекает все больше и больше людей? 

Ну изначально я себя называл Робертом Нойзом, а потом стал The Vision, взяв имя персонажа из марвеловских комиксов, но я конечно ничего подобного себе и представить не мог. Чуть позднее, когда выпустил «Internal Empire» и особенно после выхода «Minimal Nation» я что-то такое начал ощущать, что из этого звучания может получиться нечто гораздо большее. Я просто не понимал что именно. Как говорится в Библии «глаза не видят и уши не слышат всего того, к чему готовит нас Господь». Шаг за шагом, Господь давал мне намеки, что должно было случиться в будущем, что-то большое. 


Вы оставались верны корням на протяжении всей карьеры, при этом постоянно эволюционировали. И никогда не было компромисса с вашим звучанием. Как вам это удается? 

Это все благодаря окружению. Жена мне очень помогает. Она честно говорит обо всем, что слышит, «да, это то, что надо» или «не пытайся угнаться за будущим, ты и так будущее» и вместе с этим «не бойся прикоснуться к будущему». Часто говорит мне, «добавь в этот трек изюминки», «этот трек тебе надо доработать», или «это уже чересчур». Бывают моменты, когда она говорит «всю ночь только не сиди, сон — это важно», то есть она меня возвращает в реальность. К тому же рядом со многой Господь, слово Господа дает мне настрой. Будучи большим любителем музыки я раньше задавался вопросом, почему кто-то способен меняться? Существует ли формула, по которой можно рассчитать эти изменения? Зачем ломать то, что работает. Эта музыкальная индустрия настолько непостоянная, что вынуждает тебя постоянно меняться, а именно в голове происходит главное сражение. Ты задаешься вопросом: «я делаю музыку адекватную реальности, не отстает ли она от последних тенденций?» Я сам никогда не гнался за модой, мне нравиться делать то, что я делаю.


Как вы считаете, изменилось ли техно с того момента, как вы начали играть? Считаете ли вы, что эволюция была позитивной или же все-таки в жанре произошли какие-то изменения, которые вам не по душе. Как вы воспринимаете этот жанр в 2017 году? 

Сегодня техно очень сильно и очень здраво, но вместе с этим, у меня такое ощущение, что этот жанр вроде как уже почивает на лаврах, как это было в конце 90-х, когда сцена была насыщена музыкой. Нам нужно быть осторожными со взятым нами направлением. Прямо сейчас самое время, чтобы привнести в жанр нечто новое, сделать что-то иное, новаторское. Взять новую энергию и молодых продюсеров, которые имеют достаточно храбрости чтобы сделать что-нибудь экстремальное и радикальное. Я помню как детройтское техно отличало храбрость, которое не боялось пробовать, пыталось взаимодействовать с акустическими инструментами, духовыми, фортепиано, флейтами. Не просто брать звуки из синтезатора. Быть храбрым настолько, чтобы взять сэмпл Мартина Лютера Кинга и увязать его с 909-й чтобы создать нечто совершенно новое, уникальное с точки зрения духовности и совершенно иное. А теперь, на мой взгляд, эта музыка стала несколько монотонной. 

Да, необходимо зажечь новое движение, новое звучание, новые идеи. Я же ребенок семидесятых, рос слушая Барри Уайта, Стиви Уандера, Марвина Гея, Элтона Джона и им подобных музыкантов. Никто не звучал одинаково, у каждого было свое собственное, уникальное, звучание, ты мог поставить иглу на пластинку и сразу же определить — Electric Light Orchestra это или же Fleetwood Mac. Сразу же понимаешь, что именно ты сейчас слушаешь. Теперь же ничего такого нет. То есть я хочу сказать, что вышел из эпохи, когда Джеймс Браун был Джеймсом Брауном, и он не вмешивался во вселенную Джорджа Клинтона. Нам нужно вернуться к экспериментам в музыке, как когда-то Kraftwerk экспериментировали с электронной и акустической музыкой. Она не годилась для танцев, она создавалась для слушания. Нам нужно начать пробовать что-то новое, пусть даже это новое будет получаться случайно. 


Вам до сих пор кажется, что можно сделать себе имя на столь насыщенной глобальной сцене? 

Вы правы по поводу насыщенности, и мне кажется благодаря этому можно очень легко сделать себе имя, так как техно- и хаус-музыка пользуются популярностью, поэтому все что нужно для достижения популярности — это взять правильные аккорды, правильно их свести с другими элементами и все — вот тебе и имя известное на весь свет. И даже несмотря на то, что Детройт сам по себе уже насыщен, люди все равно голодны. Практически неизбежно, что вы можете выйти из тени и стать кем-то, кто может зарабатывать музыкой себе на жизнь, заниматься любимым делом. То есть одновременно и конкуренция высокая и место для новых людей есть. Ты не можешь быть рассеянным в своих мыслях, типа а кто же я такой. Ты точно должен знать кто ты есть. И если ты знаешь кто ты есть, то значит у тебя получится произвести впечатление. 



Что вы думаете о состоянии клубов, они изменились в позитивном смысле с того момента, когда вы начали сами выступать в клубах? 

Клубы взяли на вооружение ментальность рок-звезд. Помню, как в конце 80-х и начале 90-х эта сцена была относительно новой, и диджей мог запросто выйти на танцпол, смешаться с толпой и его никто не попросил бы дать автограф или сфотографироваться и все такое. Теперь же тебе надо сидеть в гримерке и нельзя выходить на танцпол. Мы превратились в эдаких рок-звезд. Помню, как ходил в клубы, отдыхал, и любой мог подойти, хлопнуть по плечу, «Эй, Роберт, как дела?», но теперь диджеи — это новые звезды, люди налепили на них божественный статус, но мы же — просто люди. И соцсети к этому здорово причастны — людей не нужно возносить на пьедестал. 


Вы — очень духовный человек. А как вы пришли к вере? Помогала ли вера вашей музыке или же, быть может, ваша музыка стала способом направить вашу веру?

Ну моя музыка и мое видение происходят из веры, они идут рука об руку. Мое видение идет от Господа, мои идеи в электронной музыке пришли от духа Господа, поэтому для меня они едины. Я хочу сказать, что у каждого из нас есть собственное уникальное видение, есть уникальный дар. Вера и мои отношения с Господом — безусловно моя движущая сила, он — мое облако днем и мой огонь ночью. Он дает мне силу. Мне кажется, что дух Господень похож на источник живой воды, которая никогда не иссякает, она всегда свежая и струится новыми идеями. Дух Господень течет сквозь меня, поэтому у меня никогда и не закончатся концепции или идеи. 


Что касается Floorplan, в рамках этого проекта ваши поклонники услышали музыку с сильным влиянием госпела, это мелодичная сторона вашей музыки. Вы таким образом хотели отойти от несколько нелюдимого образа Роберта Худа или это был такой план по созданию иного музыкального стиля? 

Я просто хотел показать другого себя, когда я сделал «Nighttime World», то я хотел показать более мелодичную, более расслабленную сторону себя, отойти от минималистичности. Я хотел взять слушателя в мое детство; когда я был маленьким, я помню, как слушал The Crusaders, Джорджа Бенсона и многих других детройтских джазовых музыкантов той эпохи. Floorplan позволил мне реализовать это достойно, люди же не знают о прихожанине Роберте Худе, о божьем человеке, в которого я развиваюсь все больше. Я хотел взять слушателя в свою церковь, сформировать конгрегацию верующих, воспитать эту новую минимал-нацию, которая бы сосредоточилась на Господе. 


Роберт Худ и его дочь Лирик


В деятельность Floorplan теперь вовлечена и Лирик. Для вас это принесло дополнительные переживания, ведь это все-таки ваша дочь? Во время ваших выступлений видно как вы друг друга поддерживаете. Вас происходящее даже наполняет гордостью. Вы воспитывали ее музыкально или же все-таки это был исключительно ее личный выбор? 

Лирик начала диджеить в церкви, ее тогда наш глава прихода спросил, не хочет ли она этим заняться. У нее тогда была удивительная идея включить техно в общину — и это было что-то неслыханное. Помню, как она начала свое выступление с трека «Let It Be Known». Мы с женой начали обсуждать, что было бы здорово, если бы Лирик начала диджеить рядом со мной. Несколько лет назад на Movement у меня было живое выступление на детройтской сцене, и она составила мне компанию, причем она поиграла совсем немного, минут 15-20, я просто хотел посмотреть на что она способна. Постепенно она начала говорить мне, что я должен добавить в свою музыку, и со временем я начал полагаться на нее все больше и больше, ее идеи, мнения, стали играть все большую важность. Лирик начала говорить, «дай мне свести это с этим, а тут убрать басовую партию». Ее слух и врожденные инстинкты выросли очень сильно, и я пришел к мысли, что Floorplan вполне может стать дуэтом. Моя дочь родилась в День отца, и между нами есть нерушимая связь. Это партнерство созданное на небесах. 


На новой пластинке с M-Plant Лирик сделала ремикс на «Never Grow Old», чувствуется что она тяготеет к хаус-басу. Как этот ремикс появился на свет? Видно же, что она любит хаус-музыку. 

Да, она поклонница MK и Фрэнки Наклза. Я ей про них ничего не рассказывал, она сама их для себя открыла когда стала увлекаться музыкой. Она сказала мне, «А что ты думаешь про этих?», на что я ответил, «Да, круто». Она большой любитель хауса. Я рассказал ей о Стейси Хейл и всех женщинах-диджеях, и она их полюбила. Она постоянно приходит ко мне с новыми идеями следующих релизов Floorplan, она изголодалась по хаус-музыке и мне радостно видеть такую энергетику, такую жажду музыки. Лирик немного похожа на меня в молодости, она просто любит музыку, хорошую музыку, а жанры здесь значения не играют. Жалко, что у меня с моим отцом в свое время не возникло таких отношений. 


В общих чертах — Лирик и дальше будет продолжать с Floorplan и в конечно счете будет пытаться сфокусироваться на чем-то своем? 

Вернуться к тому, что я говорил об Underground Resistance — научиться терпению и ждать, пока она сформируется в кого-то, кто может действовать самостоятельно, без папы. Она должна быть сильной, поскольку ей придется жить в этом бизнесе много лет, если, конечно, она захочет продолжать и дальше этим заниматься. Она очень быстро прогрессирует и очень быстро учится. Я же просто наблюдаю за ней, как мне когда-то говорили в Underground Resistance, «Ты поймешь когда пирог будет готов». 


Искусство подгонять нельзя.

Искусство подгонять нельзя. Точно сказано! 




Ваш новый альбом — это четкое возвращение к минималистичному звучанию, к техно, с которого вы когда-то начинали. Что за идеи стояли за вашим альбомом на Dekmantel? 

Пластинка называется «Paradygm Shift» (англ. смена парадигмы) и музыка здесь не обязательно представляет радикальную перемену во взгляд, но духовно это все еще Роберт Худ, человек веры. Который трансформировался в новое духовное существо. До этого Роберт Худ был про выживание, которое играло значимую роль в Детройте. Там нужно было выживать. Это новое существо теперь размышляет не только о выживании, но и о поддержании, о процветании. Используя ключи и инструменты, которые Господь вручил мне, я двигаюсь от одной победы к другой. В нескольких интервью меня спрашивали, «Как так получается, что в 50 лет вы способны бросить вызов закону тяготения?» Я сверхъестественное существо, новое создание. Я способен одновременно балансировать между Floorplan, Monobots, Робертом Худом и другими сторонами своей личности. Как говорится в Библии: «Я могу сделать все, что угодно через Христа, который дает мне силу». Именно духовное пробуждение стало той сменой парадигмы, чтобы быть мужем, отцом, министром, верующим — и при этом сохранять баланс. 


Можете выделить несколько треков, которые бы суммировали вышесказанное? 

«Nephesh», что на иврите означает разум. Мы ведь состоим из разума, тела и духа. Поэтому «Nephesh» уделяет внимание прежде всего разуму, тому месту, в котором у большинства из нас происходят главные сражения, в наших мыслях, в том, как мы мыслим. В Библии говорится, что «человек думает так, как он существует», это не про то, как мы себя чувствуем, а как ты думаешь, и что ты думаешь — а что ты думаешь как раз и есть ты сам. Другой трек, «Pnuema», с греческого переводится как Святой Дух, который дает любому из нас сил и мудрости понимать замыслы Господа. Здесь мы возвращаемся к тому, над чем размышляем, что нам нужна сила Святого Духа, который бы дал нам возможность увидеть мир в его истинной красоте. 


Посмотрите, что сегодня творится в мире: Дональд Трамп в США, Британия выходит из Евросоюза. Как вы думаете, какую роль могло бы сыграть техно перед лицом такой бедственной ситуации? 

Ничего себе вопросец! Помню, когда выборы в США закончились, и теперь нам нужно было как-то уживаться с реальностью, что Дональд Трамп наш президент. Я вышел из дома, прогулялся немного, пытаясь как-то сжиться с этой мыслью. Как человек верующий, я молился и о Джордже Буше, и о Бараке Обаме, и теперь я молюсь о Дональде Трампе. Мне это помогло принять ситуацию. Ведь именно в этом мы и нуждаемся — в возможности принять ситуацию. В Священном писании говорится: «Притом знаем, что любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу». Электронная музыка — это благо. И благо это заключается в том, чтобы унести нас в какое-то иное место. Я всегда воспринимал техно как некий футуристический вокзал, с которого можно куда-то уехать, но вместе с этим, мы должны стремиться к эпицентру, мы должны иметь отношение с жизнью. Техно — штука терапевтическая, а музыка, как известно, лечит. Я помню, как после выборов пошел в студию, пытался забыться в музыке, сделать что-то, что могло бы излечить мой дух. Где-то за 4-5 недель до выборов мне приснился сон, что Дональд Трамп победил, и что я испугался за будущее моей дочери. Но будущее не определено, и его можно изменить. А музыка — это эскапизм. 


Наконец, по вашему мнению что это такое — быть пионером? 

Быть храбрым, не бояться сделать что-то, во что веришь. Ты должен уметь брать риск на себя, не бояться потерпеть неудачу. Я терпел неудачи снова и снова, но я извлекал уроки из своих ошибок и неудач. Это в чем-то напоминает GPS — когда тебе говорят, что производится определение маршрута, что ты сбился с курса. Ты будешь совершать ошибки, заворачивая не туда, и бояться этого совершенно не нужно.

Чарт:

Nina KravizДекабрь 2016

Все чарты

1.
London Elektricity
Swivel (Electrosoul System Remix)
00:00
00:00

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
мои курсы
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку «Зарегистрироваться», вы подтверждаете своё согласие с условиями предоставления услуг и политикой конфидециальности

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    


Главный редактор: Илья Воронин

 Операционный директор: Татьяна Джумаева

дизайн: Григорий Гатенян

разработка: devNow


Пишите нам:

Все вопросы и предложения: info@mixmag.io

Служба поддержки:

service@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 950 004-67-65


По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес info@mixmag.io

академия: корзина

Ваша корзина пуста. Выбрать интересующие вас курсы можно здесь.

Вы выбрали курсов на

4500 ф

Я ознакомлен и согласен с правилами
подписки
на курсы Mixmag Академия.

оплатить
академия: МОИ КУРСЫ

Ваш список курсов пуст.
Курсы можно посмотреть здесь

Оплата прошла успешно.
Перейти в мои курсы

Оплата не прошла.
Перейти в мои курсы