T

бесстрашная

{"points":[{"id":4,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":6,"properties":{"x":-754,"y":-491,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":5,"properties":{"duration":250,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

Cassy

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-1,"y":674,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":674,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

и свободная

{"points":[{"id":10,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":12,"properties":{"x":455,"y":-527,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":11,"properties":{"duration":527,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

Новый альбом Cassy подтверждает, что она одна из самых важных жизненных сил танцевальной музыки

Э

то не DC10. Множество часов этого неправдоподобно красивого города бьют 19:30. Мы внутри престижного Vienna Konzerthaus, здания, построенного в 1913 году в уникальном стиле, сочетающем историю, сепаратизм и модерн. На сцене всемирно известный Hagen Quartet исполняет Шостаковича и Шуберта, интригующее классическое сочетание темной русской драмы и легкой австрийской романтической страсти, исполненной четырьмя музыкантами на вершине своего мастерства. Пригласила нас Кэсси, она купила билеты два месяца назад. «Это лучшее, что можно сделать в Вене», — шепчет она. Она точно знает, сколько гламура пойдет на пользу: высокая, без высоких каблуков, она пришла в классическом черном платье с хенд-мэйд клатчем, который выполнен в стиле детской книги о Хайди. Скажем так: вы не найдете такого в секонд-хенде.


Возраст привносит многое, но независимость и перспектива — самое важное. Когда вам 20, работать невероятно важно. Когда вам 30, у вас может быть первый дом. А если вы уже действительно взрослый, у вас уже могут быть (шепотом) дети. Сейчас ей 42, есть любимый сын Роки, но у Кэтрин Бриттон, которая больше известна как Кэсси, совершенно отличный от своих сверстников взгляд на вещи. В то время как большинство диджеев любят лесть, подхалимство и все сопутствующие этому ловушки, Кэсси - певица/автор песен/продюсер, питающий слабость к русским композиторам, а также суровый хаус- и техно-диджей в DC10.


Родилась в Англии, выросла в Австрии, мать — англичанка, а отец с Барбадоса. Кэсси добилась признания благодаря первоначальной поддержке от Мисс Киттин, Лусиано и Рикардо Виллалобоса, став одним из главных диджеев планеты. Действительно, взглянув на ее календарь, охватывающий весь мир, мы видим вечеринки от Half Baked в Барселоне до Panorama и Randall’s Island в NYC, наряду с Arcade Fire и Кендриком Ламаром, нельзя не отметить летнюю тусовку в Circo Loco на Ибице. (Кто-то может вспомнить ее сумасшедший микс из Circo Loco, вышедший ровно 5 сезонов назад для Mixmag: этим фактом она по-прежнему гордится). В результате она сыграла важную роль, проложив путь для нового поколения свободомыслящих диджеев и продюсеров, от Лоры Джонс и La Fleur до B. Traits и Даны Рух, все подчеркивают ее умение играть качественную музыку в хороших клубах для толпы, которая не гонится за сиюминутными хитами. La Fleur, которая также недавно впервые стала мамой, тоже нашла свое вдохновение за пределами музыки: «Это так вдохновляет, видеть ее на сцене, при этом она мать и остается верной своему делу», — говорит она. 


А сейчас Mixmag в Австрии на целые сутки. Кэсси здесь давно. Ее родители все еще живут здесь и она чувствует себя тут, как дома. Микс, который был записан для Mixmag, был частично вдохновлен Веной прошлого и настоящего: он открывается треком местного лейбла Cheap, также есть трек Питера Крудера из легендарного дуэта Kruder & Dorfmeister, так что имеет смысл войти в курс дел в этом самом историческом из всех городов Европы и увидеть, как он повлиял на нее. Пока мы едем в отель, она говорит, что не понимает, почему продюсеры часто настаивают на создании миксов с еще не вышедшим материалом, не заглядывая в прошлое: корни важны во всем, что делает Кэсси.


«Я люблю громко заявлять о себе, 
кто-то должен это делать!»

В

ойдя в концертный зал, мы не можем определиться, то ли аудитория, в основном состоящая из семидесяти-летних, нормальная, а мы фрики — то ли наоборот. Не нужно много времени, чтобы понять, что мы самые странные в этой обстановке. Но пока мы осваиваемся, что это она пьет? «Я пью шампанское всегда, когда могу, — подмигивает она. — Оно всегда в моем райдере. Я дива психологически, люблю громко заявлять о себе, кто-то должен это делать!» Хотя, когда приезжает Mixmag, она едет встретить нас в аэропорт: не похоже на поведение дивы. 


Кэсси устанавливает высокие стандарты и для себя, и в работе, страстно рассказывает о своем новом альбоме, насколько важно было «не просто собрать десять клубных треков вместе»; она даже переехала в Филадельфию со своим партнером Дэнни и сыном Роки на время всего процесса, чтобы поработать с легендарным продюсером из Филадельфии Кингом Бриттом. Когда она приехала, его друзья из студии (как и местный герой Джош Уинк) отметили в отношении нее одно и то же: она была филадельфийкой во всем, кроме почтового индекса. Это явно много для нее значит, так как ее музыкальные корни подпитывались всем, от местных легенд Кеннета Гэмбла и Леона Хаффа до классического филадельфийского соула. Но что, по ее мнению, они имели ввиду? «Я не считаю себя приземленной — может быть доступной, не бред?» Во время работы Кинг использовал влияние, оказавшее на нее песенником/саксофонистом Шаде Стюартом Мэттьюманом и музыкантами из группы D’Angelo. Она также сделала кавер на одну из лучших песен Принса, удивительную «Strange Relationship» из «Sign O’ The Times». Какое-то время мы болтаем о Принсе: как практически все в музыкальном мире, она была шокирована его внезапной смертью. В дань его памяти она сыграла последним треком на фестивале Coachella композицию «Mountains» из его альбома 1986 года «Parade». Конечно, он также сыграл важную роль в середине 80-х в карьере любимицы Кэсси, героини соула Чаки Хан, подарив ей песню «I Feel For You». «Чака Хан была самой важной певицей из всех, что я когда-либо слышала. Ее голос — удивительный и мощный инструмент, — говорит она. — Квинси Джонс однажды представил ее на сцене как „голос жизни“, и это очень ей подходит».


Кинг




Филадельфийский диджей и продюсер связывает точки от Шаде и D’Angelo до продюсированния альбома Кэсси «Donna»

Бритт

По мере взросления, Кэсси находилась под влиянием разных культур. С пяти лет она посещала музыкальную школу, а затем выступала в детском хоре. Маленькой девочкой она повстречала многих джазовых музыкантов, включая Сан Ра, который останавливался в загородном доме ее родителей по пути на выступление на австрийском джазовом фестивале. «Это был мега-космический чувак. Такие люди очень сильно повлияли на меня. Они оставили след за пределами того, к чему я принадлежала. Не зная, как попасть туда».


Кэсси: Расскажи Mixmag, как мы встретились. 

Кинг Бритт: Впервые я увидел тебя в журнале Hardwax. На фотографии к статье ты стояла на коленях, а я тогда подумал: «Кто эта девушка?» Ну и начал следить за тем, что ты делаешь. Затем ты поучаствовала в проекте «RE: ECM» Рикардо Виллалобоса, что-то там пела, и никто про это не знал. Потом я оказался на Ибице, играл с DJ Sneak и Марком Фариной в Pacha и узнал, что ты тоже где-то неподалеку. Не помню точно, кто нас познакомил, но мы пообедали и сразу же сдружились: ощущение было такое, словно я сестру нашел. Мы говорили обо всем на свете — образе жизни, детях. Когда же дело дошло до альбома, то ты прислала мне наброски, и я закончил один трек, а ты сказал, что хочешь сделать со мной весь остальной альбом. Поэтому ты приехала в Филадельфию, и мы стали работать не онлайн, а уже совместно. И между работой над партиями ударных и баса ты принималась кормить ребенка грудью. Синергия между нами была невероятной: ты на лету подхватывала мои мысли...

Что тебе не хватает в музыке, которую ты слушаешь по радио, и той, которую обычно называют коммерческой? 

Интересный вопрос! Мне 47, и годы формирования моего музыкального вкуса пришлись на 1980-е, когда радио для меня значило буквально все. Во времена моей юности в Филадельфии вещала радиостанция Rock Over London и транслировались выпуски Peel Sessions. Музыка меня привлекала всегда: ABC, Говард Джонс, Херби Хэнкок писали отличнейшую музыку, у них получалось встраивать ее в поп-контекст, ну и, конечно же, в 1980-е возникали новые технологии и разнообразные звуки. Сегодня это больше напоминает шаблонный подход. Вот новый альбом Рианны слушать приятно. И даже Бейонсе удивляет! Правда очень хорошо. А вот не хватает мне в музыке постоянно исследования пределов, экспериментов в духе, которые ставили Грейс Джонс и Тревор Хорн. Я не согласен со многим, что он делает, но Дипло реально исследует границы звучания. Да еще и люди, типа FKA Twigs и Arca пытаются вытащить поп-музыку на совершенно новую территорию. И вот это-то и интересно! 

Можешь рассказать, почему ты захотел поработать со мной? 

КБ: Ну потому что я какое-то время наблюдал за твоей деятельностью. Понял, какой у тебя вкус: не так уж и много темнокожих женщин продолжают стоять на страже идеалов хаус-музыки. Знаю, что ты мулатка, но в Штатах тебя все равно бы считали темнокожей. Ну и поскольку ты готова умереть за свои идеалы, моя поддержка тебе была на все сто процентов. Поэтому когда ты спросила не хочу ли я поработать с тобой, то я не думал и секунды. Я был к твоим услугам! Ты же просто несешь факел и охраняешь это звучание. Дай-ка я расскажу Mixmag историю: была песня, записанная вместе с Стюартом Мэтьюменом (гитаристом и саксофонистом Шаде), и когда ты мне присылала наброски, то это была музыка, очень близкая Шаде. А в девяностых я ездил с Шаде в тур по Штатам, и я тебе тогда позвонил и сказал: «А давай-ка позовем сюда Стюарта». И спустя 45 минут все было готово! 

Соул же очень важная музыка! 

Безусловно! Когда мы делали кавер на Принса, я решил, что нам нужно больше соул-музыкантов. Чак Терренс играл с Билли Джоэлом и D’Angelo, а Деймон Денмот играл с Кендриком Ламаром. Они пришли в студию, и когда начали играть твое лицо просветлело. Настоящий филадельфийский соул, очень фанковый! 

Насколько мое звучание подпадает под филадельфийское? Быть может, все бы звучало по-другому, если бы мы не записывали «Donna» в твоей филадельфийской студии? 

Эмоционально и личностно, я всегда говорил, что тебе нужно родиться в Филадельфии! Мы с тобой много это обсуждали. Да, атмосфера у нас была что надо, пусть и студия моя не такая навороченная, но результат получился чертовски крутой. И очень комфортный. У меня были все необходимые синты, а ты прекрасно понимала, как работают аналоговые инструменты. Да и атмосфера во время работы была очень комфортной — чисто филадельфийская. Одним словом, мы классно провели время. 

Существует ли сегодня музыка, которая бы служила узнаваемым филадельфийским звучанием? 

КБ: Red Bull недавно опубликовал статью о наших знаменитых вечеринках Back To Basics. Мы их начали проводить с 1989 года и продолжали где-то до 2010. Questlove здесь учился диджеить, Джеймс Пойзер, который потом работал с Лорен Хилл и Джиллом Скоттом, рассказывал, что b2b-сеты здесь были идеальными. И именно на этих вечеринках зародилось то самое, специфическое филадельфийское звучание.


Всегда под влиянием родителей, она была ребенком 1980-х и слушала музыку наподобие Шаде и Spandau Ballet. В подростковом возрасте она посещала уроки пения и изучала музыку в очень консервативной школе для девочек, с уклоном в гитару. «На той стадии я чувствовала, что была очень стеснительной, чтобы делать это должным образом. Я не верила, что могу быть музыкантом, как те, что останавливались в гостинице моих родителей, но это была моя самая заветная мечта». Упорно ли она работала? «Я неплохо училась в школе, но не сильно старалась, я хотела прилагать как можно меньше усилий, но с наилучшим результатом. Когда это было важно, я работала много. Потому что я чувствовала, что учусь слишком много, и просто хотела приспособиться. Но я помню, как мама купила мне пальто Burberry в Harrods, и я носила его с большой гордостью. Я была очень непослушной девочкой в школе-интернате, потому что никогда не закрывала рот. Я была довольно громкая. Я до сих пор очень громкая!»


В начале 90-х в Вене начала развиваться сильная клубная сцена, и Кэсси особенно любила соул/фанк-вечеринки под названием «Soul Seduction», благодаря которым она открыла видного британского селектора и легенду рейр-грува Джайлса Питерсона, а также его влиятельный лейбл Talkin’ Loud. «Перед тем, как я отправилась учиться в театральную школу в Лондоне на три года, я устроила у моих родителей прощальную вечеринку, на которую пришло около 150 человек, — вспоминает она. — Всю ночь играли Крудер и Дорфмайстер. Это была одна из самых лучших ночей, было действительно круто... 1994. Кажется, вечность назад!»


Потом настало время отправиться в Лондон и упорно трудиться. «Серьезные годы обучения театральному искусству, — кивает она. — Я много училась... Но поняла, что это не мой путь». Так что она вернулась в Вену и решила податься на музыкальную сцену. «Примерно тогда я начала петь под электронную музыку, и вскоре начала диджеить. Я была увлечена и не хотела останавливаться!» Ее первое выступление было в Flex в Вене вместе с Electric Indigo, которая, наряду с Acid Maria и Мисс Киттин, стала первой настоящей наставницей для Кэсси. Мисс Киттин, Каролин Эрве, сыграла особо важную роль в те далекие дни. Благодаря ей Кэсси переехала в Женеву, где впервые повстречала Лусиано и звезду вечеринок «Cocoon» Сонью Мунир. Но в 2003 она снова переезжает, на этот раз в Берлин, и начинает интригующую андеграундную карьеру, кульминацией которой стало престижное резиденство в Panorama Bar и убойная компиляция для Ostgut Ton, в которой были треки в диапазоне от детройского техно до песен див из Нью-Джерси. 


И вот настало время кокуновских вечеринок. Репутация Кэсси как диджея, которого непременно нужно увидеть, возможно, зародилась благодаря годам на террасе клуба Amnesia в рамках вечеринок Cocoon. Хотя она была частью команды на Ибице в 2009 и 2010, в лагерь Свен Фэта она привнесла несколько ключевых элементов, став первой женщиной, появившейся на культовых биллбордах Amnesia вместе со Свеном, Рикардо и Ричи Хоутином. Ее пропитанный соулом саунд, в основном с винила, привнес новый аромат на террасу, а она сама играла вместе с Виллалобосом, своим бывшим учителем из Берлина, на лучшем танцполе острова. И хотя позже она перейдет в лагерь Circo Loco, без сомнения, именно она помогла открыть двери для будущих выступлений таких артистов, как tINI и Майя Джейн Коулс.


«Мы очень счастливые люди.
Мы играем красивую музыку.
Расслабься!»


Б

риттон придерживается откровенно феминистических взглядов. Пусть даже если в 2016 году женщин, играющих и сочиняющих крутую электронную музыку, стало больше, сама Кэсси дорожит дружбой с такими женщинами, как Мисс Киттин.  Особенно Кэсси любит итальянцев, которые приглашают ее в DC10. «Я думаю, это единственный дом, который у меня есть, — говорит она о Circo Loco. — Я люблю Андреа и Антонио, и они много для меня значат. Я помню, как они заботились обо мне в прошлом, а они сами приглашают меня, потому что ценят и меня, и то, что я делаю. Несколько лет назад они приглашали Таню (Вулкано). Они итальянцы, и они, возможно, мачо в некотором смысле, но я никогда не чувствовала никакого сексизма с этой командой, как раз наоборот».


С чем Кэсси не может мириться, так это с плохими манерами. Раньше она видела много подобного, а здесь мы говорим именно о клубной культуре. И хотя она не называет имен, все ее стрелы попадают точно в цель. Подобающее поведение для нее крайне важно. «Некоторые молодые диджеи зарабатывают так много денег, а ведут себя, будто испорченные девчонки. Я ненавижу это, — говорит она. — Они забывают, что на самом деле важно то, какую музыку они играют. Это не бином Ньютона, мы не доктора, а ты не президент Америки. Ты занимаешь привилегированное положение, и ты должен сохранять достоинство и быть дружелюбным с людьми, с которыми ты работаешь. Это сложно, когда ты молод, но на самом деле, то, что мы делаем, не настолько важно — и я могу видеть, как некоторые люди прямо-таки пухнут от важности. Но люди, о которых я говорю, не музыканты, которые написали хиты, которые играют по всему миру! Никто из тех, о ком я говорю, не сделал ничего подобного. Мы очень счастливые люди. Мы играем красивую музыку. Поэтому расслабься!»


Она говорит, что клубная культура нуждается в людях, которые ответственны за создание правильной инфраструктуры для будущего. «Столько всякой фигни происходит, — говорит она. — Есть пространство и время для каждого, и каждый может быть успешным. Я тут посмотрела лайнап Timewarp в этом году, безусловно крутой рейв, а у Нины Кравиц и Николь Мудабаер сеты по 90 минут, а все чуваки, играющие после, уже по 2 часа — какого хрена? Эти две девицы продали кучу билетов и доказали, что они большие звезды!»


Материнство не сделало ее мягче. «Наоборот. Если происходит какая-то хрень, то меня это просто выводит из себя! Если мой сын ведет себя, как идиот, я буду реагировать так же». Мы предполагаем, что она хотела бы длительной и значимой карьеры. «Это моя цель: любить то, что я делаю, как можно дольше. Чака Хан до сих пор исполняет и сочиняет, и это то, что меня восхищает больше всего. Шаде — это личность. Когда думаешь о Шаде, то это никак не связано с тем, какой она была 20 лет назад. И это касается всех».


Утром мы встречаемся снова за завтраком и обсуждаем некоторые аспекты ее жизни, которые позволили бы взглянуть на ее жизнь изнутри. Что еще любит Кэсси? «Я люблю пить французское розовое вино. И фильмы: всякие разные. Я работала в видеосалоне в конце 90-х в Вене. Парень, который был владельцем, работал на кинофестивале здесь, и это был международный магазин, поэтому я начала с NTSC и PAL кассет, и туда захаживали все экспаты. Каждые выходные мы с отцом смотрели фильмы и переписывали для себя! Я проработала там три года и это была моя самая любимая работа — я могла смотреть все за бесплатно. Мой любимый режиссер — Джеймс Айвори, он снял фильм „Комната с видом“. Я видела этот фильм сотню раз. Я также большой поклонник Майки Фиггиса и фильма „Свидание на одну ночь“: Настасья Кински и Уэсли Снайпс — это идеальная комбинация, у них обоих так много кино-харизмы!»


Харизма: может быть, вот оно что! Независимость, перспективы и кураж важны, но именно харизма отличает Кэсси от всех остальных. 









Куратор и диджей The Worldwide и Brownswood, голос BBC 6 Mix рассказывает Кэсси о своей карьере

Джайлс

Питерсон

 

Кэсси: Я выросла в Вене. В начале девяностых в Вене зародилась мощная техно-сцена, благодаря которой я открыла для себя ваш лейбле Talkin’ Loud. Вы что-то слышали о венской сцене девяностых и можете ли припомнить что-то важное касательно этой сцены? 

Джайлс Питерсон: С 1985 года я был одним из нескольких британских диджеев, которые выбирались за пределы Лондона. Я выступал в Париже, Вене и в Германии. У меня было ежемесячная резиденция по понедельникам на вечеринке «Soul Seduction», на которую меня пригласил Ники Лауда. В Вене я диджеил в крутейшем месте, вместе с Алексом, у которого был магазин импортных пластинок «Soul Seduction». Алекс тогда занимался дистрибуцией музыки. Это была Вена до появления Крудера и Дорфмайстера и Патрика Пульсингера, которые во многом создали трип-хоп. Крудер и Дорфмайстер были жителями Вены и мир воспринимали с художественной точки зрения. Могу сказать, что в городе не было клубной культуры как таковой, и мы привозили с собой английскость, неважно, была ли это музыка De La Soul или Jamiroquai. Но в этих странах и городах была классная атмосфера. Когда я только запустил Talkin’ Loud, то это вызывало большой интерес со стороны европейцев. В Британии это никому было неинтересно, а вот например Universal Austria прониклась сразу же. 

Мне кажется, что вы пытались подписать Крудера и Дорфмайстера, которые и на меня тоже оказались внушительное влияние. Когда вы услышали их музыку и подумали о том, чтобы подписать к себе на лейбл? 

Я диджеил во Флоренции и местный диджей Пепе вручил мне кассету, сказав, что ее он получил от своего друга. Но я ее тогда так и не послушал. Осознание у меня произошло, когда я услышал пластинку «High Noon», и вот тогда-то я понял, что упустил момент — тот самый момент, когда я мог подписать фактически новых The Beatles, но упустил свой шанс. Но я до сих пор дружу с Питером Крудером. 

Можете выделить главные точки в жизни Talkin’ Loud? Какое время вы отметили бы особо? 

Было две фазы. Первая — это период Galliano и Young Disciples, которые питали большую любовь к американской музыке. Это была крутейшая музыка. А потом была вторая фаза, когда в 1997 году мы взяли Mercury Prize за альбом Рони Сайза. Тогда была эпоха NuYorican Soul и у меня родился первый ребенок. Волшебное время! 

Что побудило вас запустить свой лейбл? 

Я чувствовал необходимость в поиске новых мест для сцены, чтобы музыка продолжала свое развитие. В итоге я получил поддержку со стороны Phonogram (позднее — Universal). Посещая места, вроде Вены, я был кем-то типа проводника культуры — например, видел зарождение эйсид-хауса. Помню как работал в Talkin’ Loud, потом с четверга по воскресенье где-то играл, а затем возвращался в офис. 

Есть ли музыка, которая вам не нравится? 

Ну, хорошее есть повсюду. Могу, например, «X-Factor» посмотреть и там найти что-то позитивное для себя.

Я недавно стала мамой. А каково это быть одновременно и родителем и гастролирующим артистом, разделять с ребенком свою любовь к музыке? Вы, например, их как-то к музыке приучаете? 

Вообще никак! Мои дети знают, что их папа вроде как знаменитый джазовый чувак, но музыку я держу вне дома. Но мой сын например, по памяти может прочитать «Illmatic» Nas. Я тут недавно прихожу домой, вижу посылку, подумал что она для меня — а это оказывается мой 13-летний сын заказал себе альбом Кендрика Ламара. Это же круто! 

Как вы относитесь к повальной коммерциализации техно и хауса? Я говорю скорее не про американский EDM, а про европейскую техно-сцену, которая когда-то начиналась как субкультура, а сейчас стала большим бизнесом. 

Мне сложно сказать о различиях, потому что существует огромное количество видов техно. Мне повезло, что я нахожусь в той позиции, когда могу быть над схваткой, и себя я воспринимаю скорее в качестве куратора. 

Есть ли у вас любимый музыкальный магазин? 

Есть, и даже несколько. «Love Vinyl» и «Cosmos» в Лондоне, но вот «Sounds Of The Universe» - это мой духовный дом. Там работают все те же люди, что и 15 лет назад! 

Кого бы вы могли назвать в качестве важного вдохновения? 

Для меня это люди, которые могут работать и на радио — Робби Винсент или Грег Эдвардс — и как диджеи, вроде Криса Хилла. Когда-то я ходил на Soul Weekender и видел как он играл сумасшедшую музыку, а люди под нее отрывались. Он был этаким английским Ларри Леваном — ломал правила и был крестным отцом открытости!

{"width":940,"column_width":108,"columns_n":7,"gutter":30,"line":24}
false
767
1300
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt"}

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку Зарегистрироваться, вы подтверждаете свое согласие с условиями предоставления услуг

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    

Управляющий проекта: Оксана Кореневская

Главный редактор: Илья Воронин

Выпускающий редактор: Дмитрий Игнатьев

Арт-директор: Григорий Гатенян

Фоторедактор: Андрей Кузнецов-Вольнич

Разработка:  devnow.ru

Дизайн сайта: Григорий Гатенян

Пишите нам:

Общие вопросы: info@mixmag.io

Работа в Mixmag Россия: job@mixmag.io

Служба поддержки пользователей: help@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 (495) 972 01 45

По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес ad@mixmag.io