Roots United: «Все это делается во имя музыки»

14 апреля 12:41

Автор:

Егор Лапшов

Питерская промогруппа Roots United начинала, как и многие, с любви и желания. Вложив в название основополагающие принципы своего существования (здесь и любовь к «корневой», искренней музыке, и сообщество близких по духу людей, и многое другое), ребята долгое время делали одни из лучших вечеринок в городе, на которых звучала проамериканская хаус-музыка и техно-ритмы. Однако, с прошлого года Roots United перешли на куда большие масштабы — сначала организовали мощный фестиваль Present Perfect, потом несколько мероприятий в крупных российских городах «Результ/Арт», а теперь масштабная, на все выходные (правда, с перерывом) вечеринка «Elements Weekend» в газгольдере  с большим количеством приглашенных артистов. Кто же эти люди, не утерявшие ни любви ни желания, и формирующие современное лицо клубного Петербурга? 


T

Давайте начнем сначала. Расскажите о вашем сообществе, лейбле и о том, кто стоял у его истоков.

Дима Агалаков: Семь лет назад у истоков стояли практически мы все. На обсуждении того, как это все будет зарождаться, присутствовали каждый из тех, кто сейчас перед вами, разве что кроме наших московских друзей (прм. ред: Eon Flax). Год назад у нас появился виниловый лейбл, на которым мы выпустили пока одну пластинку, но активно работаем в этом направлении. 

EL: Тут штука такая: когда все это начиналось, были действительно все. Позже к нам присоединился Шутта, с которым мы уже тогда плотно общались на музыкальной почве. В то время мы жили по соседству.

Hoopa: Я вспомнил, что когда мы оформляли наше название и вообще думали над тем, как это будет, Шутта находился чуть ли не в десяти метрах от нас — если вы помните, это было на дебаркадере «Ласточка».

EL: Если рассказывать всю историю, то с нами была моя подруга, а теперь уже жена, Бронислава. Она занималась активно оформлением, виджейством... Мы претерпели некоторые изменения, изначально нас было побольше. Бронислава и сейчас осталась в нашей команде, она занимается организационными моментами. Костяк остался тем же. 

То есть вы изначально занимались тем же, чем занимаетесь сейчас?

EL: Мы еще до встречи друг с другом пробовали организовывать музыкальные мероприятия. Начинали в такое время, когда собрать бар на 200-300 человек было серьезной задачей. Одними из первых начали пропагандировать американское звучание хаус-музыки и привозить соответствующих артистов. Удавалось приглашать классных музыкантов (Майк Хакэби, Рик Уэйд, Скотт Фергюссон, Soulphiction, Move D), но посещаемость вечеринок оставалась проблемой. Тогда время было другое — люди по-другому себя вели, для них это все было открытием. В 2008 ренессанс клубной культуры уже миновал и начался застой. Разворошить его было очень сложно. Рейв прошел, люди устали, а новое поколение не совсем понимало, что происходит. Все делалось на свои собственные деньги, держалось на интересе. 


...МЫ КАК БУДТО ВЫЛЕЗЛИ        ИЗ ПЕСОЧНИЦЫ...

Что-то в вас кардинально изменилось за эти семь лет?

Дима: О, многое, конечно. Мы по-другому стали смотреть на вещи...

Hoopa: Мы как будто бы вылезли из песочницы. У нас тогда была песочница, мы там ковырялись, отчасти даже не понимая, что происходит. 

EL: Ну, чтобы вы понимали, у нас есть две команды: творческая и организационная. Сейчас над событиями работает порядка десяти-двенадцати человек. Мы планируем наши события как что-то глобальное, оцениваем все сразу с организационной точки зрения. Некоторыми вещами занимаются продюсеры из разных сфер. Сейчас есть понимание, что и как работает, какой-то график, опыт. Мы превратили это в дело нашей жизни. Годами мы на это работали, а теперь это в каком-то смысле работает на нас. 

Для любого творческого коллектива важен промоушн. Если говорить о вашем промоушне, то как наблюдатель могу сказать, что ярче всего у вас выстреливают именно большие мероприятия. В чем секрет успешного мероприятия, как вы подходите к процессу?

Дима: Важна команда, важно создавать условия для процесса. Это, конечно, сложная и тонкая материя. Нужно уметь объединить людей вокруг какой-то общей идеи, вокруг того, во что все поверят. Как уже говорил Артем, нас становится больше, и это очень круто, что к нам примыкают новые люди. Например, Eon Flax — Лиза с Антоном — ребята, которые с нами только год, и которые специально приехали из Москвы в Петербург для того, чтобы развиваться вместе. Да, безусловно, важна общая идея и люди, которые работают над ее реализацией. Сейчас мы делаем четвертый большой проект за 8 месяцев — был Present Perfect, два региональных фестиваля «Результ/Арт» и вот сейчас — Elements weekend, плюс идет параллельная подготовка к следующему Present Perfect. 

EL: Подготовка первого фестиваля проходила в режиме дикой импровизации, фестиваль был сделан буквально на коленке и все мы видели, во что он вылился, а сейчас есть какие-то схемы, рабочие механизмы. Должно быть еще круче. Думаю, скоро это станет структурированной историей. 

Дима: (смеется) Надо было чуть раньше готовиться, и все. Мы собрали фестиваль за полтора-два месяца, и пришло на него порядка 4,5 — 5 тысяч людей.


Вы упомянули про региональный фестиваль. Не совсем понял, как это было — это был тур по городам? Это было связано с вашим лейблом?

EL: Это был замес. (смеется) Нет, на самом деле был замес. Мы тогда придумали большой такой проект с социальным подтекстом. Нашей глобальной задачей было создать прецедент, когда творческие люди в регионах сотрудничают друг с другом. Это было в Нижнем Новгороде и Екатеринбурге. Два больших рейва с препати, со всеми делами. В Новгороде использовали бывшую типографию, в Екатеринбурге — бывший завод. Ну и как результат — по 2-2,5 тысячи гостей в каждом городе. То есть люди пришли и увидели, что было сделано вместе музыкантами, художниками (мы возили туда инсталляции, расписывали заводы, привлекали кучу местных творческих единиц)... Теперь в здании Нижполиграфа проходят выставки на постоянной основе, а мы были первыми, кто вообще что-то захотел там сделать. 

Дима: В проекте важной частью концепции было привести в порядок заброшенные места проведения событий. Ну ты представь: огромная пустая фабрика. Стоит типография в центре города, из которой 15 лет назад съехали все работники. Мы туда приезжаем, а там до сих пор стоят станки, пыльные книги...

EL: И дыры в стене и полу. Рабочие все это вывозят, чистят, приводится все в порядок, и только после этого начинается какое-то техническое действо.

Наверняка вы сталкивались с большим количеством проблем. То есть с точки зрения людей, с которыми все согласовывали, пожарных, полиции, то, чем вы занимаетесь, не нужно. Приехали какие-то чуваки из Питера, хотят устроить вечеринку на заброшенном заводе...

EL: Как я уже сказал, мы выросли в профессиональном плане. Мы не приходим с целью сделать дискотеку, мы делаем большое мероприятие, выполняя все предписания техники безопасности, согласовывая со всеми. Это реально сделать в России, не нужно этого бояться. И люди идут навстречу. Вы поймите, состав людей, которые принимают решения на местах, достаточно сильно обновился. Какой-то бэкграунд у нас есть, мы тоже приходим к ним не из пустоты — мы делаем конкретное мероприятие, привозим артистов, привлекаем к этому людей, даем им работу и все прочее. Миф по поводу того, что в России невозможно делать ничего легально — это чушь. 


...ОНИ
ПРОСТО ХОТЯТ СДЕЛАТЬ ЧТО-ТО КРУТОЕ 
В РОДНОМ ГОРОДЕ...

Расскажите про специфику регионов. Чем отличаются от Москвы? И чем отличается Питер.

EL: Слушай, ну... В Нижнем Новгороде, например, экспатов нет вообще. Там есть большие фабрики, но все они заняты местными, и люди извне туда не приезжают. И люди там очень классные. Они хотят тебе помочь, просто потому что они хотят помочь сделать что-то крутое в родном городе.

Дима: С Екатеринбургом сложнее. Там у людей на все свое мнение, они опытные в коммуникациях друг с другом, они понимают специфику своего региона. На самом деле, везде хорошие ребята. Где-то нам приходилось сложнее, но не потому, что они такие, а потому, что мы такие. Мы же к ним приехали, не они к нам. 

EL: В Нижнем большая арт-тусовка, люди все в творчестве. Там я впервые увидел, чтобы на поэтические вечера в клубе приходило людей больше, чем на дискотеку. Я тебе клянусь. Битком, круче, чем в любом баре. Там своя история. Они на нас похожи. А Екатеринбург на нас не похож. Большой, индустриальный. Наверное, это ближе к Москве. Там все «решают вопросы», в общем. Но это тоже здорово. Вообще весь этот тур был большим опытом для нас и профессиональным ростом. Пришел, увидел, победил. 

Лиза: В какие-то моменты приходилось действительно сложно. Нужно было делать вещи в каком-то сумасшедшем режиме. И главное — качественно. Порой ночью, а иногда и вовсе за час разрабатывать визуальную концепцию мэппинга на фасад фабрики.

Дима: Действительно, приходилось жить на три города: Петербург, Нижний и Екатеринбург. Вечеринки проходили с разницей в неделю. Вот представь: одна часть команды уехала в Екатеринбург, ты приезжаешь в Нижний, что-то доделываешь, потом в последний день перед вечеринкой на Урале уезжаешь, чтобы заниматься прибывшими артистами. Следующим же рейсом приезжают Антон с Лизой... Потом на этом заводе всю ночь готовят контент, все невыспавшиеся. Весело, в общем. 

EL: То есть ты сделал ночное мероприятие в Нижнем Новгороде, сразу же сел на самолет и полетел в Екатеринбург. Ты только выдохнул, а уже нужно дальше все делать. 

Какое мероприятие все-таки можно назвать главным? Региональный фестиваль или Present Perfect?

EL: Ну Present Perfect, конечно. Это было сделано дома. 


Дмитрий Агалаков
музыкальный куратор Present Perfect

Мы к этому формату подбирались достаточно давно. У Roots United был момент, года, наверное, полтора, когда мы толком не знали, что делаем и зачем. Мы были недовольно площадками, которые на тот момент существовали в городе, и чтобы выйти из этого застоя, нужно было предпринять какой-то мощный шаг. Также могу сказать, что в успехе мероприятия роль играют не только артисты, самое главное — это выстроить работающую схему, правильно организовать работу команды, работающую над фестивалем. Например, если до этого над мероприятиями Roots United работало пять человек, то теперь — двадцать пять.

Сама идея устроить фестиваль у нас появилась зимой 2014 года, и уже потом мы взялись думать над тем, как это все правильно воплотить в жизнь. Важную роль здесь сыграли наши друзья, которые занимались техническим продакшном разного рода крупных мероприятий, и которые дали нам зеленый свет, и выказали всяческую поддержку в этом вопросе. То есть техническая сторона дела у нас была полностью закрыта. Следующим шагом стал подбор команды. И вот здесь, как только речь зашла о музыкальном фестивале, у многих из наших друзей, которые сидят на хороших работах, попросту загорелись глаза. Мы сразу поняли, что это всем интересно. Например, директором фестиваля стал мощный проджект-менеджер, выходец из корпоративной среды. Аккаунт-менеджер фестиваля, опять-таки, большой специалист в своей сфере. И вот такие люди легко поддержали наше начинание. Конечно же, важную роль у нас играла художественная составляющая, и тут на помощь пришли друзья из EON Flax, плюс включились в работу несколько питерских художественных групп, которым такой фестиваль был необходим как воздух. Но более-менее про будущее фестиваля стало понятно, когда мы зашли на площадку музея стрит-арта. Тут мы учли ошибку предыдущих лет, когда придумывали какие-то концепции, не найдя еще места для их воплощения. А в случае с Present Perfect мы стали делать наоборот — мы двигались от места. Сначала площадка, а уже потом можно выстраивать концепции. 

Московский Outline нам придал сил и уверенности, здесь я согласен. Но при этом мы не хотим быть похожи на Outline. Мы, скорее, равняемся на классические европейские фестиваля, типа финского Flow. Мы стремимся разделять дневную историю и ночную. В прошлом году нам, к сожалению, по некоторым причинам, не удалось должным образом реализовать дневную историю, но в этом году мы активном над этим работаем. Хотим, чтобы днем это был фестиваль, куда можно легко прийти с детьми, а ночью уже история про танцы. 

В этом году, например, мы постараемся стилистически разделить сцены. Будет сцена, посвященная более американскому хаус-звучанию, будет экспериментальная сцена (с минимал-вейвом и детройтским электро), будет DiY-сцена с молодыми российскими электронщиками, и будет main-сцена с артистами фестивального калибра. 

Первый Persent Perfect для нас стал очень большим риском, но он себя оправдал. Мы поняли для себя, что этот фестиваль нужен городу, что можно и нужно дальше продолжать. Ведь все-таки в нашем городе ничего подобного по масштабам и размаху не происходило уже лет семь.



Что вами движет? От каждого по чуть-чуть.

Дима: Любовь к музыке. Нет, ну правда, все так или иначе начиналось с музыки, с желания показать свое музыкальное видение. Хотя у меня, например, оно до сих пор формируется, и это круто. Здорово, когда ты делишься этим с людьми и живешь в команде единомышленников. Все завязано на музыке. Все наши споры в команде чаще всего на этой почве: какого артиста привезти, выпускать ту или иную пластинку или нет и так далее.

Shutta: Конечно же, это любовь к музыке. Без нее никак. Это самая главная движущая cила для меня в контексте Roots United. Я крайне редко занимаюсь организаторской работой, я играю на мероприятиях, то есть, занимаюсь таким приятным для себя делом, как донесение нашего музыкального видения до остальных.

Hoopa: Просто поиск самого себя через поиск музыки. В принципе, это все. Все остальное, наверное, антураж.

Shutta: Мы все стараемся реализовать себя в музыкальном плане, поэтому и делаем вечеринки, выступаем, пишем музыку. Музыканты, чьи работы мы находим сегодня, завтра оказываются с нами, перед нами. Это дает возможность коммуникации, циркуляции, культурного обмена.

Дима: Любовь к музыке позволяет еще больше ею заинтересоваться в каком-то глобальном смысле. За все существование Roots United в музыкальном плане каждый к чему-то пришел, и, возможно, без всего этого такого взаимодействия не было бы. Нужно понимать, что у нас нет пока такой большой сцены, как в центральных европейских городах, хотя все к этому идет. Был уже в истории Петербурга такой момент, в начале двухтысячных, когда ты мог уйти тусоваться в среду и вернуться в воскресенье. Клубы были битком.

EL: То есть, когда ты занимаешься музыкой и не живешь при этом в Берлине или Лондоне, мало быть диджеем или музыкантом. Это не гарантия того, что тебя услышат, и поэтому ты сам создаешь себе плацдарм. Тогда всем безумно хотелось играть, поэтому вкладывали свои деньги и играли на собственных же вечеринках. Потом, конечно, стали звать другие люди и процесс пошел сам собой.

Shutta: Да-да. Мы много говорим о каких-то профессиональных моментах, но на самом деле все завязано на музыкальном контенте, который мы продвигаем, продолжая через это наш собственный музыкальный вкус.

EL: Мы постоянно виляем между всеми этими стилями, пытаемся их объединить. И та пластинка, которая вышла у Nocow, как бы показывает наши вкусовые пристрастия. Мы стараемся критично подходить к этому, поэтому мы такие разные диджеи. А к ответу на твой вопрос о том, что мной движет... Ну знаешь, в детстве вот мечтаешь стать космонавтом. В какой-то момент ты понимаешь, что назад дороги уже нет. Ты полностью в этом. Все твои умения заточены на создание музыки и околомузыкальных вечеринок. Так что я хотел стать космонавтом и пытаюсь, буду до конца своих дней пытаться.

Лиза: Изначально нами движет музыка, конечно, и все это делается во имя музыки. При этом сильна визуальная составляющая процесса: нам повезло с командой и мы стараемся делать все красиво, масштабно.

EL: Одно дело — придумать, другое — красиво это реализовать. У нас есть люди, которые помогают нам реализовать наши творческие задумки, все, что связано с Лизиным контентом. Это технические специалисты, наши большие друзья 2A Production — сегодня это неотъемлемая часть всего того, что мы делаем. Зотиков Артем и Паша Кутиков, наши главные технические силы, люди без которых мы бы не сделали наш пилотный Present Perfect и Результ/Арт. Юля Краш и Бронислава - ивент продюсеры всех наших мероприятий. В общем, у нас сложилась классная семья, с которой мы и в огонь и в воду.

Дима: До первого фестиваля это была исключительно творческая история: поиграть музыку, выпустить музыку. Теперь все разделилось на несколько направлений — это творческий вектор — то, что связано с музыкой и артом и реализация, которой занимаются технические специалисты. Во многом, это причина, по которой мы уже почти ничего не делаем в клубах. В них не всегда есть возможность себя реализовать, если говорить не только о музыке. Сейчас, для меня вечеринка — это уже что-то всеобъемлющее: музыка, драматургия самого события, свет, декорации, архитектура помещения. У клуба не всегда есть возможность воплотить твои идеи в чисто экономическом плане. Хотя, небольшие вечеринки это тоже здорово и мы обязательно что-то сделаем и в таком формате.

EL: У нас был такой период в жизни, когда мы года полтора шарахались по клубам. Не было той площадки, где можно было бы развернуться, а у самих не хватало смелости что-то сделать. Странное время было.

Hoopa: Теперь мы стали обособленным сообществом, где мы и те, кто нам помогает, придумываем и реализуем идеи. Люди разного возраста и разных профессий работают вокруг одной идеи. Цель общая, роль у каждого своя.

Давайте тогда про музыкальную составляющую. Как менялся ваш вкус и музыкальная составляющая ваших мероприятий?

EL: Так он не изменился. Мы, как я уже говорил, стараемся не заваливаться в одну сторону. Мы всегда были среди очень разной музыки, но это была эмоциональная музыка, у нее был свой вкус. Неважно, техно, хаус, диско... Саш, подхвати.

Hoopa: Я вижу это так: семь лет назад мы видели часть чего-то и благодаря этому собрались. За эти годы мы стали смотреть на музыку шире, стали видеть, что она из себя представляет, и как пласт искусства. Естественно, путь шел через расширение понимания. Что есть музыка в жизни, как она функционирует и как должен развиваться профессионал в этой сфере. Каждый из нас свой путь в этом прошел. Сначала идея была одна: мы за детройтский хаус. А потом мы вроде бы и за другой хаус тоже, и за что-то еще... Музыка не стоит на месте.

Shutta: Стержень в том, что в этих вкусовых предпочтениях у нас большая часть точек пересекается.

Hoopa: Не согласен. (смеется)

Shutta: Я о том, что нет идеального совпадения, но время идет, а мне до сих пор нравится то, чем мы в музыкальном плане друг с другом делимся. Мы существуем в одном поле и понимаем границы этого поля. Мы в разных его областях, но границы единые. Наверное, так правильно сказать.

...ГЛАВНЫЕ ВРАГИ –
       ФУТБОЛ И ТЕЛЕВИЗОР
...

Как кризис сказывается на клубной индустрии?

EL: Никак. Одни сплошные плюсы. Для кого-то является минусом то, что нельзя с прежней регулярностью слушать какого-нибудь зарубежного артиста, но зато мы теперь имеем возможность слушать своих. Это здорово. Все чаще и чаще мы слышим о русской музыке и русских диджеях. 

Shutta: Самый большой минус — пластинки дорожают. (смеется) 

EL: А так... Зайди в любой клуб, походи по мероприятиям — битком. Питер расцвел вообще. Людям стало посложнее выбираться за границу, они научились получать удовольствие от того, что есть здесь. Знаешь, какая проблема есть в Петербурге? Нужно всем деятелям побольше дружить. Но это уже такой чисто петербургский расклад, о котором все мы знаем и посмеиваемся. Мы ходили на лекцию британского совета, приезжали люди, которые там занимаются культурными мероприятиями. И они сказали очень важную вещь: куда бы не пошел человек, на выставку, в клуб или к вам на вечеринку, он все равно внутри этого поля. Главные противники ваши — это футбол и телевизор. Других проблем нет. Во всех игроков, которые есть в Петербурге, сейчас инвестируют достаточно крупные бренды. Люди тусуются, партнеры работают с тобой, государство смотрит на это сквозь пальцы, потому что ему не до тебя — крутое время. Музеи появляются, выставки. Уже вовсю все пишут про урбанистику, про то, что нужно закрыть все заводы и отдать их народу. (cмеется)

Приходим на закрытую фабрику. Ну сидит там дедушка. Мы ему говорим: хотим у вас мероприятие провести. Он говорит: так у меня грязно. Ну круто! Так у меня штукатурка со стен на пол падает. Так нам это и надо! Понимаешь, мы по-разному вообще на это смотрим. И те люди, с которыми мы договаривались, потом сами приходили к нам на мероприятие. 

Какой отпечаток на Roots United наложил Петербург?

Дима: Странный вопрос. Мы здесь все петербуржцы, кто по прописке, кто по духу. Даже не знаю, как ответить. Это наш самый любимый город

Hoopa: Отпечаток на всем, на самом деле. То, как мы ведем себя, как общаемся, как делаем мероприятия... Это вы со стороны посмотрите и скажите, как на нас это отпечаталось. Мы-то здесь выросли, мы дышим всем этим. Знаменитое петербургское грустное техно. (смеются) Десять тысяч оттенков серого.


...МЫ НЕ ПРОСТО                                   ПРИНОСИМ МУЗЫКУ...

А кого вы долго хотели привезти, но не удалось?

Дима: Я пришлю тебе список на почту. (смеется) 

EL: На самом деле мы сильно хотели Джеффа Миллза. Года четыре назад чуть было не довезли его и за два дня мы узнаем, что он не приедет. Грандиозный фак-ап. Все билеты проданы, люди из других городов ехали, из Украины, Беларуси. Понимаешь? Но если ты хочешь заниматься организацией подобных событий, будь готов к такому.

Дима: Есть ряд артистов, которых действительно очень хочется по сей день, но пока не представляется возможным, как это реализовать. И это гораздо шире, чем электронная музыка. Я вот мечтаю о Стиве Райхе, о каких-то вам неизвестных джазовых ребятах, тот же Four Tet стабильно получает от меня писем 5 в год, чтобы приехать в Россию. 

Расскажите о новом мероприятии Elements Weekend, которое вы сейчас готовите. 

EL: Мы охотились за этой площадкой на Обводном канале очень долго. Давно за ней наблюдаем. Здание принадлежит заводу: мы пришли, рассказали о том, что мы хотим сделать, показали техническую концепцию, творческую, и нам ее отдали. Это газгольдер — очень крутое сооружение в духе города с огромным сорокаметровым куполом. 

Лиза: У нас получаются две разные ночи и это достаточно сложно: мы имеем одно пространство с одной сценой, и мы должны его полностью преобразить за день. Там 1800 квадратных метров в целом. История в том, что эту площадку нужно было сделать сложнее. Сложнее в плане света, контента, зонирования... 

Но всех секретов сейчас не раскроем, конечно, приходите и посмотрите. Мы не просто приносим музыку, мы полностью меняем здание, делаем его другим. Даже человеку, который не увлекается вечеринками, будет интересно такое видеть. Ничего подобного в этом здании еще никогда не происходило. После нас здание займут арендаторы. Поэтому момент, правда, уникальный. Прийти, увидеть и только один раз.


Артем Крючков (EL)
A&R Roots United Records

Идея запустить свой лейбл у нас витала очень давно, просто, чтобы воплотить ее, руки дошли полтора года назад. Мы довольно критично подходим к подбору музыкального материала, к подобру артистов. Например, с Лешей Nocow мы начали общаться на тему релиза пару лет назад, хотя в итоге пластинка вышла через год после нашего первого разговора. Мы долго вели переговоры с различными виниловыми дистрибуциями, но не сразу нашли подходящих партнеров. Релиз у лейбла пока был только один, и это нас очень сильно тревожит — времени как следует заняться лейблом у нас просто нет, к сожалению. Но скоро у нас на лейбле все-таки должен выйти второй релиз, причем, это будет музыка российского артиста. 

Roots United Records не только про русских артистов. Мы стремимся найти какое-то собственное звучание. Я не могу словами описать это, но могу сказать, что всех резидентов Roots United отличает наличие своего рода общего музыкального стержня. То есть музыки с какой-то мыслью, с каким-то багажом, с историей. 

Мы к физическим релизам относимся как к некоей истории. Возьмем, например, первый релиз — нам удалось сделать очень разноплановый релиз — с правильной драматургией, композицией, если хотите. И здесь большое спасибо Nocow, у которого этого получилось. Для нас важна музыкальная эклектика (в хорошем понимании этого слова).


{"width":750,"column_width":750,"columns_n":1,"gutter":720,"line":24}
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt"}

Oksan

На Mixmag с октября 2015

редактировать профиль
выйти

Oksan

сменить имя:

сменить пароль:

сменить аватар:
выбрать файл
сохранить

Регистрация

или с помощью аккаунта в соцсети

Зарегистрироваться

Нажимая на кнопку Зарегистрироваться, вы подтверждаете свое согласие с условиями предоставления услуг

Вход

или с помощью аккаунта в соцсети

войти

Восстановление пароля

Введите адрес электронной почты, указанный при регистрации и мы вышлем на него новый пароль

отправить
О Mixmag Редакция Контакты Реклама

Mixmag — старейшее в мире издание посвященное диджеям, танцам и клубной культуре. Издается в Великобритании с февраля 1983 года и уже более тридцати лет прочно держит руку на пульсе мирового танцевального движения.

Mixmag интересует все, что так или иначе связано с клубами, электронной музыкой и диджеями. Мы считаем диджейство искусством, танцы — счастьем, электронную музыку — вселенной без края и конца. Нам интересны люди, которые любят танцевать, и которые побуждают к танцам других. Нам нравятся технологии, с помощью которых создаются ритмы, вибрации и настроение. Мы любим говорить о музыке, находить новые имена и выступать путеводителем в вечно меняющимся пространстве клубного движения.

Mixmag в Великобритании выходит с февраля 1983 года.

Mixmag в России выходит с февраля 2016 года.

    

Управляющий проекта: Оксана Кореневская

Главный редактор: Илья Воронин

Выпускающий редактор: Дмитрий Игнатьев

Арт-директор: Григорий Гатенян

Фоторедактор: Андрей Кузнецов-Вольнич

Разработка:  devnow.ru

Дизайн сайта: Григорий Гатенян

Пишите нам:

Общие вопросы: info@mixmag.io

Работа в Mixmag Россия: job@mixmag.io

Служба поддержки пользователей: help@mixmag.io

Звоните нам: 

+7 (495) 972 01 45

По вопросам размещения рекламы и сотрудничества в рамках спецпроектов ждём ваших писем на электронный адрес ad@mixmag.io